Другой мир. Беда не приходит одна

Надеюсь, не сильно объела твой род?

В дверном проеме меня удержали за руку.

– Не буду спрашивать, почему ты обиделась. Пути мыслей женщины неисповедимы. Но советую подумать: твой аппетит возрос именно в последнее время, и ешь ты просто неестественно много.

Сообщив мне факты, меня оставили наедине с собой – взирать на практически полностью обглоданный скелет огромной рыбины. М-да… Кажется, у меня проблемы.

* * *

Пиграно перед моим отъездом дала мне артефакт в виде браслета, чтобы я при любых изменениях моего дара прорицания или если просто будет нужен совет, сразу связывалась с ней.

Прошептав заклинание и погладив камни на браслете, я увидела, как в воздухе появился белый дым. Заклубившись, он уплотнился в белое, словно маска, лицо моей преподавательницы.

– Надя? Что-то случилось? – обеспокоенно поинтересовалась она.

– Я стала очень много есть. Очень, очень много, – выпалила первое, что оформилось в голове.

Несколько мгновений прорицательница молчала, а потом спросила:

– А Димирий и Велислав?

Я на секунду застыла, потом, крикнув: «Перезвоню!» – кинулась на поиски ребят.

Разыскать их оказалось непросто, но уже через десять минут и дракон, и оборотень сидели в моей комнате на полу. Не рассчитаны здесь опочивальни на прием гостей.

– У меня есть к вам вопрос, – начала я, усевшись на постель. – Никто в последнее время не стал есть больше, чем обычно?

Ребята переглянулись, и Дима спросил:

– Что ты имеешь в виду?

– Я вас прямо спрашиваю: в последнее время больше своей нормы есть не стали?

Немного подумав, оба подтвердили – да.

– А что случилось? – спросил Слава.

– Еще не знаю, – вздохнула я и снова связалась с Пиграно.

На этот раз мне ответила не прорицательница, а Гарнер.

– Ронер?

– Лер? – удивилась я.

– Рассказывай, что у вас там случилось.

Переглянувшись с ребятами, я ответила:

– Мы все трое стали очень много есть в последнее время.

Инквизитор уточнил:

– Все трое? И насколько много?

– У меня количество потребляемой пищи увеличилось примерно втрое.

Некоторое время Гарнер молчал.

– Плохо, – подвел итог маг.

– Что такое? – занервничал Слава.

– У каждого мага есть переходный период, когда его организм перестраивается. Обычно это происходит в последние годы обучения. Примерно пятый-шестой курс.

– Почему же у нас не так? – в отчаянии воскликнула я.