Обычная история: финальная песня

– Тогда пусть Джул найдет адвоката по разводам, пожалуйста, а то моим секретаркам такие вещи не доверить, сразу трепаться начнут, – положил Саша еду в рот.

– Жестко ты с ними, – нахмурился отец.

– А как еще, – разгорячился Саша, – какая ни придет, так сразу пытается в постель затащить, считая себя, видите ли, лучше моей жены, – выругался Саша, но тут же остыл, – почти бывшей, – отложи он столовые приборы. – Пущусь во все тяжкие, – развел он руками. – Блин, налей еще, – протянул он бокал отцу.

Джеймс с горечью посмотрел на сына, но говорить ничего не стал, помнил, как чувствовал себя, когда умерла Анжелика.

– Можешь завтра Дэни взять с ночевкой к себе? А то мне в субботу улетать в командировку надо, – глядя в одну точку, попросил Саша.

– Конечно, сынок, – не отрываясь, смотрел Джеймс на сына.

– Вот я и стал воскресным папой, потом кто-то займет мое место и для меня останется еще меньше времени, потому что тот будет ближе, лучше, будет воспитывать его, любить…. И не важно, что для меня мой сын- вся жизнь, я автоматом стану плохим, – выпалил Саша, поджав губы и моргая глазами.

– Ну зачем так трагично то? – Выпалил Джеймс. – Ты – для него отец, как бы там ни было.

– Да ладно, Джеймс, много у тебя разведенных коллег, которые близко общаются с детьми, даже если хотят этого? – С отчаянием в голосе воскликнул Саша.

Отец отвел глаза.

– Вот именно, – поднял он бокал. – Ну за меня – неудачника, который уже в тридцать лет потерял смысл своей жизни. Какой я молодец, да, пап? – Зло язвил Саша.

– Не говори так, ты не хуже ее, просто тебя с пятнадцати лет так жизнь лупасит, что не каждый взрослый выдержит, – сжал Джеймс Сашину ладонь в руке. – Саш, не сдавайся, еще не все потерянно, просто дай себе время, но не сдавайся.

Саша лишь отмахнулся и плеснул себе еще в бокал.

– Хочешь честно? – Посмотрел на сына Джеймс.

– Валяй, думаю, добить меня уже сложно, – усмехнулся Саша.

– Я восхищаюсь твоей силой, сынок, – признался Джеймс. – Не каждый взрослый мужик ввяжется в то, что делаешь сейчас ты, я, например, отказался, – с жаром выдал Джеймс. – Да многие отказались в нашем ведомстве, а ты взялся и прешь этот крест без нытья и предательства. Я ж понимаю, чем тебя должны были искушать подставить всех и предать родину, – с болью смотрел на сына Джеймс. – У тебя рушится вся жизнь, а ты продолжаешь идти и не бросаешь начатое.