Иные

Сейчас передо мной стоял совершенно чужой человек, чьи сияющие добротой глаза я не видела уже несколько месяцев. А всему виной он – Артур. С тех пор как этот мужчина появился в нашей жизни, между мной и матерью тут же в одночасье возникла стена, которая с каждым днём становилась толще и выше. Теперь мама со мной практически не общалась, зато она начала контролировать каждый мой шаг.

Но хуже всего было то, что мама начала меняться и не в лучшую сторону. Пользуясь ерами Артура, она стала ходить по модным салонам, покупать себе брендовые вещи, питаться в дорогих ресторанах.

– Как ты могла?! – встала напротив матери.

– Мы с Артуром любим друг друга.

«Любим… как же! – хотелось выкрикнуть, но я промолчала. – Артур купил тебя! И если бы отец был жив, если бы не погиб при исполнении семь лет назад, такого бы не произошло».

Я до безумия любила папу, он был моим кумиром и героем, моим другом и учителем. Отец работал Стражем, следил за порядком в городе, он боролся с любым проявлением зла и насилия над личностью и меня с пелёнок учил справедливости, честности, порядочности и преданности. Я хотела стать такой же, как папа, хотела стоять на страже закона, быть нужной и независимой. Для меня отец всегда был идеалом.

Мама, как и я, сильно любила папу, а он её. Я видела это в их сияющих счастьем глазах.

А Артур всё испортил!

– Да любите вы друг друга, сколько хотите! – произнесла в порыве. – Зачем надо было сдавать нашу квартиру?

– Смею тебе напомнить, что квартира принадлежит мне, и я её не то что сдать, продать могу.

– Ты могла бы уехать к своему Артурчику, а я бы осталась здесь. Я совершеннолетняя и вполне могу жить самостоятельно.

Что бы мама ни говорила, она не любила этого коренастого, начавшего лысеть, старика! Она не смотрела на него так, как когда-то смотрела на отца. Я видела, что матери был безразличен её избранник, хотя на словах она говорила совершенно другое.

– Вот и жила бы в своей квартире, которую ты непонятно зачем продала, – мама сверлила меня холодными изумрудными глазами.

«Подумаешь квартира, несчастная однушка, пусть и в центре города.