Высокий сезон

Проснулась от того, что на пол с грохотом рухнула моя книжка, которую я нечаянно столкнула. В темноте нашарила толстый том, отряхнула его от пыли и уложила рядом с собой. Пощупала лоб, температура упала.

– Ух я и спать! – потянулась и глянула на будильник, на нем светилось четыре зеленых нуля. Появилась законная возможность раздеться и лечь снова, уже под одеяло, а не поверх него.

А для того, чтобы произвести такую ротацию, нужно было все-таки отодрать свои телеса от горизонтальной плоскости.

Собрала силу воли в кулак встала и завизжала на такой высокой ноте, что больное горло тут же сжалось, а визг перешел в еле слышное сипение.

Не дед, а именно старец – с длинными седыми волосами до плеч и такой же седой бородой. Острый взгляд из-под кустистых бровей был направлен прямо на меня.

Сипение перешло в приступ натужного кашля, который согнул меня пополам. Под взглядом старческих глаз-буравчиков нервно схватила кружку с давно остывшим ромашковым чаем.

Лишь после большого глотка связки наконец сомкнулись и сип превратился во что-то более членораздельное. – Уходи, глюк!

Я крепко зажмурилась и уверенно проговорила, – Сейчас я открою глаза и глюк исчезнет.

Осторожно разлепила один глаз – глюк сидел на своем месте. Зажмурилась еще раз, для верности закрыла лицо руками.

– Растворись, растворись, исчезни! – уговаривала я его.

Через какое-то время глянула опять, – глюк сидел все на том же месте и с укором смотрел на меня.

– Прекращай уже эту ерунду, – сказал он.

Я аж чаем поперхнулась – он еще и разговаривает!

– А ты не можешь просто исчезнуть? – попросила я его.

Старец закатил глаза и воздел руки к небу. – Сядь, а?

Села. Глюк вел себя до этого момента прилично, но кто его знает, что от него ждать… Держу на всякий случай ухо востро. – Ты кто вообще такой? – спрашиваю.

– А на кого я похож? – ухмыляется он в усы и поворачивается ко мне в пол оборота.

– Ну не знаю… на деда Мороза? Или нет… на деда Мазая!

Глюк фыркнул, – Ragazza stupida! Внимательней смотри!

– Рабиндранат Тагор? – спросила я наугад, глюк отрицательно мотнул головой.

– А если так, – старец как-то по-особому повернулся и свел свои кустистые брови в кучку.

– Замри! – воскликнула я, заметив, что-то отдаленно знакомое. – Точно! Василич, дедушка, что на лавочке сидит каждое утро!

Глюк совершенно издевательски покрутил у своего виска пальцем.