Ювелир. Тень Серафима

Как же хорошо, что он не циник.

Наивность недолговечна. Это детская болезнь, которой, как корью, почти каждый переболел на заре жизни. Она лечится непростительно быстро. Вот и у него уже выработался кое-какой иммунитет.

– Не верю, – сухо отрезал Себастьян. – Порядочным молодым женщинам нечего делать ночью в обществе висельников. Разве не жажда больших и легких денег привела тебя ко мне? Я указываю путь, который и безопаснее, и проще.

София метнула гневный взгляд и, не сказав ни слова, решительной походкой направилась к выходу.

На пороге София внезапно остановилась. Силуэт ее блестел в темном проеме, словно вырезанный из праздничной серебряной фольги.

– Вы пахнете кровью, – не оборачиваясь, отчетливо произнесла она.

Несмотря на пугающий смысл, слова прозвучали спокойно. Голос, слегка измененный, звенел странной монотонностью. Слова медлительно плыли в воздухе, как если бы София только что проснулась.

– Много, слишком много крови: кровоточат и сны, и явь. Готовьтесь, Серафим. Моя кровь тоже будет на ваших руках.

Глава 3,

в которой имеет место героизм (или глупость?)

Оставшись в одиночестве, Себастьян с наслаждением вытянулся на кровати. Прямо в доходящих до колен сапогах, не стесняясь, закинул ноги на резную деревянную спинку. Наконец-то он мог немного перевести дух. А самое главное – в тишине и спокойствии поразмыслить над заказом.

В дверь осторожно постучали – расторопная служанка принесла поднос с долгожданным ужином. Снова пришлось подниматься, однако повод был приятным: ощутимо напоминавшее о себе чувство голода буквально вытолкнуло Себастьяна из легкодоступных, но оттого не менее манящих объятий гостиничных простыней и покрывал, похожих на объятия продажных девок. Ювелир порицал чревоугодие, а потому пища его была простой и скромной. Сковорода с благоухающим горячим блюдом – а это карп, запеченный с сыром и луком, – буханка круглого ячменного хлеба, чашка постного травяного супа… Что еще нужно для счастья? Ну разве только крохотное излишество в лице бутыли согревающего душу горячего вина со специями… но и она имелась.

Приступив к трапезе, Себастьян намечал ближайшие цели. Итак, правителя Ледума справедливо интересует, кто похитил из его сокровищниц один из прославленных «Глаз Дракона» и совершил покушение.