Чужая душа

А вот теперь в двадцать семь собралась. И опять что-то не сложилось. Не везет мне с замужеством. Как и вам. Хотя вы и ничего, мужики, наверно, смотрят в вашу сторону.

– Давайте не будем о не имеющих отношения к делу замужествах и мужиках, – проговорила я. – Поговорим о конкретном замужестве, которое должно было бы оформиться сегодня, и конкретном мужике, то бишь Алексее.

Я произнесла это с совершенно каменным лицом, но, честное слово, где-то в глубине своего существа я испытала что-то наподобие смущения. Но, что называется, – не дождетесь! Хотя эта московская Элизабет Тейлор, конечно, очень высокомерная штучка и в ее обществе не очень-то сладко, если она вздумает острословить и демонстрировать пренебрежение.

– Ксения, я не стану вас долго задерживать…

– Да чего уж там, – перебила она, – у меня теперь времени много. Ну, спрашивайте, если уж пришли. Только я могу предупредить заранее: все, что я уже говорила следователю и адвокату Самсонову, я слово в слово повторю и вам.

– Значит, вы настаиваете на алиби Алексея?

Она отвернулась и, нервно закурив, несколько секунд молчала, пуская кольца дыма.

Потом ответила с легким, но явно уловимым оттенком досады:

– Я повторяю, что он не мог убить Таннер.

– Не мог, потому что в этот момент уже был дома и досматривал передачу «Русская рулетка», которую ведет Валдис Пельш?

– Я не смотрю телевизор. Но если эта передача шла в двадцать два часа или около того, Алексей мог ее видеть. Он-то телевизор смотрит. Да, он был дома.

Еще вопросы, госпожа детектив?

– Я хотела спросить о Валентине Андреевне. Вы отзывались о ней нелицеприятно, не так ли? У вас есть причины?

Она ответила, стоя вполоборота ко мне:

– Причины есть. Она всю жизнь с Алексеем на ножах. Никогда ничего путного для него не делала, только каркала направо-налево, какой он у нее талантливый. Суетилась и мешала ему жить, даже когда нужно было готовиться к свадьбе. Не знаю, я удивлена, что и сейчас, в нынешней ситуации, она что-то там предпринимает.

Что-то начала делать. Об Алексее она всегда вспоминала, только когда ей самой это было нужно и выгодно. Хотя у нее-то денег нормально, у торгашки. (Я еле сдержала ироническую усмешку.) Если бы не я и не Татьяна Оттобальдовна, ему бы солоно пришлось. У него деньги-то появились только в последнее время, да и то не много. А у него постоянно были планы, требующие денежных вливаний.

– Значит, с матушкой Алексея у вас отношения не сложились? – спросила я.