Тайна ледяной пещеры. Хранитель солнц

И Вадим постепенно успокоился, задумался о том, как он станет искать ребят, и потерял бдительность. Поэтому он не сразу заметил, как потемнел лес и вытянулась вверх трава, начав путаться под ногами, как смолкли птичьи трели, как исчезли собирающие нектар пчёлы. И лишь споткнувшись о лежавшее поперёк дороги дерево, испуганно дёрнулся и, наконец, огляделся.

Увиденное ему очень не понравилось.

Ему повезло, что дерево рухнуло именно там, где он шёл. Или это он пошёл там, где оно лежало? Неважно. Главное, он успел затормозить в нескольких шагах от перегородившей дорогу гигантской паутины.

Если такова паутина, то каков же паук? Вовремя он остановился. Вляпался бы с разгона в это плетение… Да что там – вляпался! Просто бы к такой ниточке прикоснулся, и уже вряд ли бы выбрался, таким толстым слоем клейкой массы она покрыта. Вон, каплями свисает, тянет паутину к земле, но даже оторваться от неё не может.

Вадим попятился, настороженно озираясь, высматривая, нет ли поблизости хозяина этой ловушки. Но кругом царила тишина, такая глубокая и мрачная, что юноша мысленно выругал себя: внимательнее нужно быть на чужой планете. Не задумался бы, не размечтался о будущем, раньше бы почувствовал опасность. Такой тишины в нормальном лесу не бывает, там всегда полно звуков: листва шелестит, птицы поют, комары зудят. Давно нужно было насторожиться. И вообще, в лесу, а тем более – лесу инопланетном, постоянно нужно ухо востро держать.

Развернулся и осторожно, стараясь не шуметь, пошёл обратно. И остановился, услышав странный шипящий звук и непонятное щёлканье.

Огляделся, потом поднял голову и увидел спускающегося на паутинке с дерева громадного паука.

По виду паук напоминал тарантула, только увеличенного раз в двадцать. Выпуклое брюшко с торчащими на нём острыми волосками быстро приближалось, и Вадим едва успел отпрыгнуть.

Вадим попятился. В руке автоматически появился огненный шар, и паук, увидев огонь, зашипел зло, но почему-то не испугался и не попытался сбежать, а опустился на траву, и весь как-то подобрался, напружинился, и Вадим понял, что он сейчас прыгнет.