Еще одна жизнь

– Бергер, у меня в правом переднем кармане джинс ключи, достань, открой машину, – подбежал он к машине.

Ботаник послушно выполнил то, что ему сказали. Хоккеист аккуратно положил меня на заднее сиденье и пристегнул ремнями. Он выхватил ключи у Бергера, как звали ботаника, сел за руль и стал искать адрес в навигаторе. Не прошло и минуты, а мы уже выезжали с парковки. Я хотела поблагодарить хоккеиста, но у меня зазвонил телефон, который я всегда носила в маленькой сумочке через плечо. Только при этом условии папа отпустил меня в школу.

– Келли, – услышала я встревоженный голос папы, как только ответила на звонок. – Келли, ты где?

– Пап, – едва слышно выдохнула я, но хоккеист тут же протянул руку и выхватил у меня телефон из рук.

– Мистер Бейли, я одноклассник Келли, везу ее в общеклиническую, она упала, но, вроде, цела, – тараторил он.

– Как упала? – Недоумевал папа.

– Давайте потом, вы можете позвонить ее врачу и предупредить, что через 12 минут мы будем в приемном покое? – Ударил по газам хоккеист.

 – Да свалите с дороги, придурки, – выругался он.

– Да, сейчас сделаю, – тут же выпалил папа. – Спасибо, – выдохнул он.

– Не за что пока, – буркнул мой спаситель и швырнул телефон на соседнее сиденье. Он бегло глянул на меня и протянул мне свою руку, за которую я тут же схватилась. – Потерпи, малышка, потерпи, пожалуйста, немного, девочка моя, – бормотал он, обгоняя машины. – Сейчас мы приедем в больницу, просто потерпи, ты же чемпионка, ты все можешь, – сжимал он мою руку, а мне хотелось плакать от того, что он совершенно не знал меня, но так сильно поддерживал, переживал.

В то время, как своей матери я была совершенно не нужна. Я почувствовала, как по лицу потекли слезы, но не успела осознать этого, как мой телефон снова зазвонил. Хоккеист схватил его, не глядя и ответил.

– Это врач Келли Бейли, ее отец сказал, что она упала, и Вы везете ее в больницу, – с тревогой в голосе выдал он.

– Ей подставили подножку, и она споткнулась, – тараторил хоккеист. – Она упала на меня, тяжело дышит, ногами и руками шевелит, спину больно, но не сильно, – выдал он, глянув на меня.

 – Немного бледная, тремор есть, но от чего не знаю, зрачки нормальные.

– Вы –врач? – Ошарашенно выдал мой лечащий доктор.

– Нет, хоккеист, – выдохнул одноклассник. – Пульс учащенный, но в пределах нормы.

Только тут я поняла, что он держал мою руку так, что мог измерить пульс. Что, видимо, и делал все это время. А я, наивная, думала, что он меня поддерживает.