Время надежд…

Александр работает 24 часа в сутки, но в доме чисто, уютно, холодильник полон еды и хозяйство накормлено… Судья прервал его и сказал:

– Достаточно! А кто же, по-вашему, тогда всю эту работу выполняет, только что перечисленную вами? Мне все понятно. Ходатайство ваше отклоняю. Как незаконно обоснованное и ложно оболгавшее женщину и мать троих детей. Присаживайтесь…

Александру дали, три года, условного срока. С условием, не нарушать закон и выплатить материальный и моральный ущерб потерпевшей.

Татьяна не смогла его понять и простить ему, такую скомбинированную ложь.

Это и послужило последней каплей ее разочарования их семейной жизни. Она смогла сказать:

– Уходи! Ненавижу тебя! Подлец ты и предатель! А еще к тому же трус! Как ты мог? Для чего весь этот ложный фарс? Чем ты гордишься? Это подло и низко. Не ожидала я от тебя такого поступка. Ты недостоин, быть отцом! Выращу детей сама. Будет трудно, но, я справлюсь…

Глава 2

Он в очередной раз приходил в полночь. Зачем? Не понятно… Соседка ждала от него ребенка.

Татьяна делилась всеми перипетиями семейной жизни с ней в подробностях.

Услышав плач в доме Татьяны, Валентина поспешила в дом. Приставленный нож к горлу тещи ее совсем вывел из себя:

– Убери нож! Не медленно! Бросилась спасать Веру, Валентина. Ты совсем потерял стыд и страх. Что ты делаешь с женой, детьми и ее родителями. Тебе ни когда не будет пощады и прощения. И не прожить тебе без божьего суда. Побойся бога! Ведь за грехи родителей, порой жестоко рассчитываются их дети.

 – говорила она ему.

Прошло около года…

У Александра с Надеждой родился сын, Александр.

Развод с Татьяной оформили третьего сентября 1987 года. Как сложится ее жизнь, она не знала. Знала только о возрасте своих детей:

Валерию – девять лет, Владимиру – шесть лет, Алексею – два годика.

Александр с Надеждой, создавали Татьяне и детям невыносимую жизнь. Приглашал к себе детей; играть, по их нервам, как, «по струнам» – действуя медленно, но метко на детскую психику.

Применяя свои развратные методы – «целуясь и обнимаясь на глазах у детей, при этом, говорить, им, чтобы все рассказали маме. – какие они «с ней счастливые».

– Как можно, таких…, называть словом «папа и мама»… Как их только земля носит. – Детей довели до нервных срывов и заблуждений во всем. Внушая им свои грязные, лживые мысли:

Старший сын в девять лет, захлебываясь от слез, просил Татьяну:

– Хочу жить с папой! – рыдая, говорил он.