Вера, Надежда, Любовь

А Вера в этот момент почувствовала, что вернулась Лайка, и побежала открывать дверь.

Собака сидела на крыльце совершенно мокрой и дрожала. Увидев Веру, обрадовалась, завиляла грязным хвостом. Мокрая шерсть была грязной и вся слиплась, что в какой-то момент ей показалось, что собака облысела.

– Впусти ее мама! – просила Вера. – Она промокла и замерзла…

Мама промолчала, и Вера решила, что, значит, можно.

Она позвала Лайку в дом.

– Иди же! Иди скорее! Заходи сюда, пожалуйста! – Протянув ручки к ней.

Лайка, виляя грязным хвостом, нерешительно все же зашла в дом. По рукам ударили дождевые холодные крупные капли и брызги полетели Вере в лицо. На улице лил беспрестанно, холодный, крупными каплями дождь, ломая ветки сухих деревьев. Которые со скрипом и хрустом падали на землю. Улицы села были темными.

Вера постелила ей половичок у порога. Она нерешительно прошла и легла на него. Почувствовался запах псины..

Мама усилила огонек лампы. Стало светлее и веселее.

Лайка пробыла в доме до утра.

Поутру Валентина Николаевна выходила во двор и выпустила Лайку. У порога еще долго лежал половичок, и виднелось мокрое пятно от Лайки..

– В деревне не было дров. – Мама и мы, ходили в лес, – лазили по деревьям, мы, обламывали, а мама, спиливала сухие ветки. Эта был непосильный, опасный и тяжелый труд. – Сказала Вера.

– Крыша была ветхая, помазана глиной. По всей крыше виднелись глубокие трещины от рассохшейся глины. С крыши, сосед, воровал готовые дрова.

Так прошел год.

Валентина видела, что дочери стали подрастать и оживать. Войну они видели издалека, слышали, когда многие часы длились воздушные тревоги, взрывы, с потолка при каждом, даже дальнем взрыве сыпались белые чешуйки штукатурки. В те времена Вера и привыкла сидеть, уперев голову в стенку и закрыв глаза.

Однажды они пришли и сказали, что ежевика так называется от слова «еж». У нее ветки с шипами, колючие. И ежик колючий. Вот ее и назвали.

Валентина заплакала.

– Вы чего? – спросила Вера.

– Так… просто так… – Какое-то предчувствие, охватило вдруг, резко, Валентину.

Валентина замерла, побледнела… Больно резануло по сердцу Валентины, когда, – она, рано утром, увидела стоящего у двора почтальона и держащего в руках письмо.