Число сочетаний

В конце концов, это не первая подруга Сергея, надо реально смотреть на вещи. «Ты живешь в каком-то выдуманном мире», – любимая фраза мужа, но ведь каждый живет именно в том мире, который существует в его воображении. Почему все так уверенны, что именно ее, Инкин, мир дальше всего от реального?

Инка остановила машину у самого забора. Из сада по дорожке к воротам спешила мама. «Почему ты так долго? И, конечно, одна?» – спросила она, открывая створки ворот. Последний вопрос был риторическим, но мама редко отказывала себе в удовольствии его задать, если представлялась такая возможность.

– У Сергея работа, натурщица уже оплачена, он не мог отказаться, – запоздало отреагировала она.

– Работа, как же, – проворчала Любовь Васильевна.

– Мама, я тебя умоляю, не здесь и не сейчас…

– Ну, ладно, иди, поешь чего-нибудь, кажется, со стола еще не убрали.

– А где же все, где гости?

– Да все на пруд пошли, купаться, вот только Юлька осталась мне помочь, да Леша с Борей где-то в саду, беседуют.

Ну вот, «броня крепка», но не пригодилась: с ребятами можно общаться с открытым забралом, они не станут интересоваться, не находится ли Инка в «интересном» положении, как поживает Сережа – что-то его не видно, и так далее. Можно расслабиться…

– Тетя Инна! – Ей навстречу бежала Юлька. – Как я рада, что ты приехала! А то я здесь совсем одна, ну, то есть поговорить не с кем!

– Вот тебе раз! А Кира?

– Ой, да мне и в прошлый раз с ней говорить было не о чем, а теперь она совсем чужая.

– Давай, тащи! Не зря же я в такую даль ехала. А я пока пойду, поздороваюсь с дорогими гостями.

Есть не хотелось, но и огорчать ребенка, проявившего такую заботу, было не к чему. Инка плеснула себе стакан немного сухого вина (до вечера далеко), которое, как обычно, не пользовалось популярностью, а посему осталось на столе, и направилась вглубь участка.

Она по-прежнему любовалась этой дачей, хотя очарования поубавилось. Хозяева (теперь уже во множественном числе) шли в ногу со временем, сделали пристройку с удобствами и летней кухней. Частично поменяли и обстановку внутри, заполнив пространство дачного дома устаревшей городской мебелью. Уцелел только буфет в столовой и дубовый стол – видимо, оказались неподъемными.