Новое дело Софи

Я, конечно, знала, что иногда гостям отказывают во входе, но чтобы за выигрыш отлучали от всех казино сразу?

– Лео, что там за дела с казино и дэром Винтерсом? – в упор разглядывая Грегори, пробурчала я в коммутатор. – Ему отказывали во входе, без объяснения причины. Живо проверь.

И уже через три минуты мне было доложено, что Грегори Винтерс и правда находился в стоп-списке казино, с пометкой о нечестной игре, возможном скрытом даре, дающем преимущества, и хамском поведении. Но самый смак был в том, что обыграл наш Грегори дэра Крачета, владельца сети альдерийских казино, миллиардера и по совместительству лучшего игрока страны.

– Ты одаренный? – уточнила я, укрепив мышцы лица, чтобы не выдать своего удивления.

В досье мужик значился, как неодаренный.

– Не в магическом плане, – белозубо улыбнулся тот.

– Тогда как ты обыграл Крачета? – я впилась в Винтерса взглядом. – Он совсем не так прост, как кажется. Мало того, что он отменный игрок, так еще и обвешан редкими амулетами, скрывающими любые физические реакции тела!

– Пффф, – презрительно фыркнул парень, глядя на меня с легким превосходством.

Что ж, теперь я понимаю, почему Крачет взбесился! Глядя на самодовольную морду Винтерса, мне тоже захотелось двинуть ему по белым зубам, чтоб больше так не улыбался. А если он еще и сказанул ему что-то подобное – вылет из казино прямо на асфальт был ему обеспечен.

Но что мне со всем этим делать? Задумавшись, я откинулась на спинку кресла. Математический гений, убыточный ресторан и огромный долг – что-то паззл у меня все никак не хотел складываться!

– Давай-ка по порядку. Ты такой гениальный стратег, властелин Бозийского холдема, не смог вовремя захлопнуть варежку, вылетел из системы, а потом пошел в самый лютый притон, чтобы заработать на свой убыточный ресторан? – я вопросительно посмотрела на парня.

– Дисса, все именно так, как вы и сказали, – невозмутимо улыбнулся тот. – Я выигрывал быстро и много, но также быстро и много тратил. Люблю путешествовать, да и красивые девушки предпочитают дорогие места. И никогда моя варежка никого не смущала, – тут его улыбка померкла, и Винтерс уставился на свои руки, – никогда до последнего раза. Я давно не был дома и не знал, что этому жирдяю нельзя проигрывать.