По ту сторону песни

А в находящемся неподалеку парке, по слухам, стали приходить в движение сломанные аттракционы.

Никита хмыкнул и поискал расположение городка. Затем загуглил тему и с радостью убедился, что новостей по ней мало. Анфиса Анфисой, но он хотел завести собственный канал и как раз думал над его концепцией. О «звездах» Никита писал в журнал, а для личной страницы ему хотелось чего-то другого. Влезать в политику он не желал. Писать об экологии, окружающей среде и спасении морских котиков казалось скучным. А вот вести блог про таинственные и заброшенные места – неплохая идея.

Это гораздо интереснее, чем брать интервью у выходящих в тираж «звезд» девяностых и у быстро вспыхивающих, но так же быстро гаснущих современных кумиров.

Никита потер руки, обрадованный тем, что нашел тему для канала. И в этот момент услышал, как поворачивается ключ в замке. Следом за этим в коридоре раздались зычный лай и голос Марьяны:

– Ну-ну, малыш! Дома, мы уже дома!

По тому, что она не ругалась раздраженно на пса, а ласково с ним ворковала, Никита заключил, что первое занятие прошло как нельзя лучше.

– Ну? – вопросил он, выглядывая в коридор с радостной улыбкой. – Узнала что-нибудь об Анфисе?

– Да погоди ты! – в голосе сестры прорезались-таки нотки недовольства, но относились они не к Грифелю, шумно хлебавшему из миски на кухне воду, а к Никите. – Ничего я про твою Анфису не узнала!

– Как это? – расстроился Никита и уже собрался отчитать Марьяну, но она ушла в ванную мыть руки.

– Марьян! – упрекнул он, застыв в дверях и привалившись плечом к косяку.

Сестра подняла голову, и в зеркале отразилось ее лицо – миловидное, круглое, с хорошей кожей и карими, как у брата, глазами. К своим почти сорока годам Марьяна умудрилась сохранить лицо свежим и юным, при этом никакими уколами красоты она не увлекалась. Возможно, все дело в хорошей генетике, возможно – в том, что Марьяна жила одна, не тратила нервы на малолетних детей и мужа, занималась любимым делом и ежедневно гуляла не менее двух часов.

Замужем она была – в юности, но брак быстро распался, и с тех пор Марьяна предпочитала жить одна. «И она надумала меня женить!» – с обидой подумал Никита, хмуро глядя на отражение сестры в зеркале. Но Марьяна неожиданно улыбнулась.

– Пойдем кофе выпьем.

– Да я бы поел чего, – отозвался Никита.

– Так и займись обедом, – парировала сестра и усмехнулась.

Подумаешь! А и займется! Готовит он вкусно, все пассии высоко оценивали его кулинарные способности.