Душевные тайны. Книга первая

С кем ты танцевать будешь? – сестры заливались хохотом.

На такой аргумент у меня ответа не было, и сестрички убегали гулять. Но в этот год все изменилось. Девчонки наводили марафет, а я, по привычке надув губы, сидела и наблюдала.

– Что сидишь? На танцы идти не будешь?

– А что? Можно? – не поверила я.

– Женихи подросли. Ждут тебя, не дождутся. В очередь выстроились – выбирай любого, – хохотнула Лида.

Я не могла поверить своему счастью. До женихов мне никакого дела не было, но я ужасно любила танцевать.

Родители у нас были строгие, и ни о каких развлечениях в городе речи идти не могло. Даже сестра не ходила на танцплощадку. В летнее время нам разрешали гулять до девяти, а в зимнее до восьми. Опоздание наказывалось строго. Опоздала на минуту – день ареста, на две – два дня. Так что мы мчали с гулянок домой быстрее ветра. То ли деревня! Свобода. Гуляй сколько хочешь. Лишь бы поесть прибегали.

С сестрами мы были очень дружны. С детства Надюшке пришлось присматривать за мной, и в процессе мы полюбили друг друга преданной сестринской любовью.

Я очень быстро выросла, видимо, тянулась за старшими. В свои четырнадцать выглядела минимум на семнадцать. Кареглазая шатенка, с шевелюрой длинных волнистых волос заплетенных в косу, с прекрасной спортивной фигурой, бойкая, по-юношески строптивая я давно пользовалась популярностью. Мальчишки штабелями укладывались у моих ног. Но в то время я еще не понимала их интереса и думала, что мы просто друзья.

Собраться на танцы было делом нескольких минут.

– Ты глаза неодинаково накрасила. И кляксы под веками насадила, – сказала Лида, поправляя мой макияж.

– Смотри, так все женихи разбегутся. Испугаются, – подначивала Надя.

Но мне ничто не могло испортить настроения. Новенькая моднющая юбка-мини открывала стройные ножки, американская водолазка с «брюликами» (наряды отец всеми правдами и неправдами доставал для любимых дочек) приятно холодила тело, а новенькие туфли на высоких каблуках приводили меня в состояние щенячьего восторга.

– Ну что вы копаетесь. Пошли уже, – моему терпению приходил конец.

Сестрички все красились, выбирали наряды, а я сгорала…

– Наташа, ещё рано. Дискотека начинается в одиннадцать, а сейчас только девять.