Златушка

Только в мятежную ночь остерегайся с Волком встретиться. А ещё сказывают люди, на которую девицу хоть единый раз оком своим глянет, той уж никакими молитвами не отмолиться, никакими заговорами не заговориться. Сколько уж без следа пропало, сгинуло.

Мало-помалу ночка прошла. Матушка в лес на глухую поляну поспешила, а Златке строго-настрого велела дома сидеть, никому дверь не отпирать. Чем ближе к поляне подходит, тем сердце материнское чаще бьётся – что-то будет там? Наконец, добралась до места. Видит, по всей земле солома раскидана, платье нарядное на клочья разодрано, на кусту шиповниковом висит.

Собрала она клочья с соломой – и снова к ведуну: «Растолкуй, что это значит?».

Ведун думал-думал:

– Не могу наверно сказать. Или же со злобы зверь бесился, или взаправду чучело соломенное за человека принял. Если нынче же за дочкой твоей не придёт, значит, отвели мы от неё беду.

Златка тем временем в доме сидит с куклами играет, как мать наказывала. Вдруг, слышит – в дверь кто-то постучался. Затаилась за печкой Златушка, даже дышать забыла.

Сидела, сидела – не стучит больше никто. «Может, почудилось?» – с куклами советуется. Подобралась тихонько к двери, в глазок поглядела – нет никого. «Кто там?» – спрашивает. Никто не отвечает. Совсем расхрабрилась девочка, дверь-то и распахнула. А на пороге молодец стоит. Хотела было обратно захлопнуть, да молодцем залюбовалась: волосы льняные до плеч вьются, глаза синие-синие, что небеса в первый месяц весенний, губы алые улыбаются, наряд богатый заморский. Говорит молодец голосом ласковым:

– Принеси мне испить водицы, девонька.

Злата просьбу исполнила, принесла водицы полный ковш. Незнакомец водицу пьет, да на Злату поглядывает, улыбается.

– Как зовут тебя, милая?

– Златушкой мама зовёт.

– Ты, Златушка, красавица. Как лет тебе поболе исполнится, я гостей пришлю, сватать тебя буду. Пойдёшь ли за меня замуж?

– Пойду.

– Вот и сговорились. А до тех пор про то, что меня видела, никому не сказывай. – С теми словами и ушёл.

Не успела Златка двери запереть, как матушка воротилась: «Не приходил ли кто в гости, в двери не стучался ли?». – Злата и рада бы сознаться, что молодцу незнакомому отворяла, воду подавала, только язык, будто заколдованный, совсем другое говорит. А потом поразмыслила сама с собой, да и успокоилась: «Разве стал бы серый Волчище средь бела дня в дом приходить, водицы спрашивать? И глаза у Волка, как огонь горят, а у незнакомца – цвета небесного. Нет, не Волк то был.