Липкие люди

 – парировала племянница.

– Эдик, звони коллегам. Нужно Фимочку спасать. Но сначала звони его режиссёру. – голос Киры звучал, как приказ.

Тут Эдуард вышел из ступора и твёрдой походкой направился к телефону.

– Сергея Сергеевича Каратова будьте любезны к аппарату?

Фамилия «Каратов» известна всей стране. Это был один из немногих деятелей культуры прошлого, который был на плаву и при новой власти. В одичалой действительности одно только упоминание: «Я от Сергей Сергеича» решало многие вопросы. Племянница, услышав это имя, вздрогнула.

Эдуард ещё несколько минут что-то лепетал по телефону, как вдруг застонал старик. Племянница даже не подошла к нему. Подбежала Кира и, дав обезболивающее, с укоризной посмотрела на родственницу.

– Ну и не стыдно же вам! – искренне заявила Кира.

– Не стыдно! – ответила та. – Я же добиваюсь того же, что и вы! Чего вокруг на около ходить. Но у меня больше прав на жилплощадь. Вот и всё!

– И вы вот так, прямо об этом говорите? Фимочку вы же просто не довезете.

– Возможно, вы и правы! Тогда я здесь поживу, пока всё оформляем. Ну а там посмотрим. Давайте-ка вещички ваши собирайте и выметайтесь из моей квартиры. Или вам помочь?

Кира села на край стула и будто окаменела. Вскоре к ней подошёл муж и на ушко прошептал:

– Каратов лично приедет. Везёт и ментов и врачей. Сидим тихо и ждём.

Через час раздался звонок в квартиру. Дверь открыла племянница и тут же попятилась назад.

– Добрый день! – учтиво поздоровался Сергей Сергеевич Каратов. На удивление, мэтр говорил мягко и тихо. Со стороны могло показаться, будто учитель по этикету даёт урок. Для знающих его характер, людей, это являлось очень плохим признаком. Каратов, словно удав, предпочитал незаметно и тихо сжимать кольца вокруг горла своей жертвы.

Он «барином» вошёл в маленькую квартирку и за ним, будто холопы, засеменили врачи и сотрудники милиции. Два человека в белых халатах сразу обступили Фиму и стали перешёптываться.

– Здравствуйте! – продолжая отступать, выдавила племянница. – В чём дело?

– Меня зовут Сергей Сергеевич! – Каратов протянул свою холёную и мягкую руку.

– Лида, я… это… племянница Ефима! – она пожала протянутую руку в ответ, при этом продолжая пятиться.