Зарядить Вселенную

 – Если продолжишь в том же духе, без сомнения найму в штат, но надеюсь ты помнишь о втором условии.

– Помню, – сдержанно ответила Уджу. «Как же мне накопить на съёмное жильё, если лишусь нужного заработка? Чем заниматься в свободные дни? Я же уже так давно не была без дела… Домой я точно не стану возвращаться, уж лучше до поздней ночи гулять по улицам», – девушку внутри словно в жгут скрутило, живот неприятно сжался, а к горлу подступил ком. Одна мысль о длительном пребывание в «доме», с ненавидящими её людьми, наводила ужас.

– В таком случае ступай переодеваться, увидимся через два дня в то же время. И добирайся домой осторожно, на улице уже довольно темно, – словно заботливый родитель сказал Хосок. В глазах застыла строгость, а голос казался нежным. В мозгу Кан произошёл маленький сбой. Это как смотреть ужастик и слушать колыбельную, настолько странное и дикое сочетание, что в голове сразу возникает логичный вопрос: «Это точно сказал Хосок?» Уджу недоверчиво поклонилась, всё ещё пытаясь найти ответ на свой вопрос, и ушла в комнату для сотрудников.

Она переоделась, вспомнила, что сейчас наступает самое нелюбимое время, время вернуться в «тюрьму», движения замедлились, все силы резко покинули тело, а душа спряталась куда-то глубоко, чтобы её не смогли растоптать: тело может страдать, физическую боль легче стерпеть, главное защитить душу, хрупкую частичку себя, только так получиться подняться с колен и сделать очередной шаг в неизвестность.

– Всего доброго, – попрощалась Уджу, находя начальника за работой: он всё ещё возился с документами.

– Да, – не поднимая головы, отозвался мужчина. На этот раз тон его был нейтральным, не вызывающим сомнений и перебоев в голове девушки.

Время близится к полуночи. Уджу идёт по тротуару медленно, оттягивая момент возвращения. Она устала, хочет тишины, такой же простой, как течение реки, чтобы никакой ряби на поверхности и полное отсутствие движения в глубинах.

«Неужели тишина? Можно ли поужинать? Конечно, нет.