Фламандская петля

Сейчас пройдет, – слабо прошептала она, пытаясь подняться.

– Посиди. Вон фельдшерка стоит. Сейчас позову.

– Не надо, – слабо отмахнулась Лидия, но Андрей не слушал.

Он быстро подошел к Валентине Царевой и кивком указал на обмякшую у перил Лидию. Валентина всплеснула руками и заторопилась к крыльцу:

– Лидочка, посмотри-ка на меня.

Лидия подняла голову. Площадь перед зданием администрации поселка плавно плыла, покачиваясь и увеличиваясь в размерах. Навес над остановкой, до которого было от силы метров двадцать, показался Лидии далеким и крохотным.

Ее бросало из жара в озноб, она тяжело дышала и даже не пыталась сфокусировать взгляд на лице Валентины. Одна-единственная мысль удерживала Лидию от провала в спасительное забытье: «Ника! Я должна искать свою дочь!»

– Конечно-конечно, – быстро проговорила Валентина, как будто Лидия сообщила ей об этом вслух. А может, и сообщила? Реальность продолжала ускользать.

– Андрей Владимирович, а ну-ка, иди сюда! Помоги мне! – громко скомандовала Валентина.

От ее голоса в голове Лидии словно бомба рванула: мир заволокло красной пеленой, и она отключилась.

В себя пришла в чистеньком и уютном «лазарете» – фельдшерском пункте. Лежать было неудобно и жестко, правый бок и правая рука свешивались с края кушетки, которая не была рассчитана на пациентов такого объема. Лидия, кряхтя, повернулась, опустила на пол босые ноги и села. За приоткрытой дверью слышались негромкие голоса, но кто и о чем говорит, разобрать не получилось.

Стоптанные тенниски стояли под пустой вешалкой. Лидия с удивлением заметила, что они грязные, и не только они – ноги оказались еще грязнее… Ну конечно! Ведь она всю ночь ползала по пустырю и заброшенным участкам за пустырем в Тропинках, а потом отправилась прямо к участковому. На секунду она ощутила неловкость, но только на секунду. «Ника…» – полоснула мысль. Провалялась здесь неизвестно сколько, а дочку никто не ищет!

Лидия поднялась, подцепила ногами тенниски и вышла в коридор, на ходу разматывая узкую полоску бинта на сгибе локтя.

Что именно туда вколола Валентина – неясно, но чувствовала себя Лидия на удивление бодро, даже воинственно.

* * *

Андрей разговаривал с докторшей, когда из кабинета выплыла Лидия. В первую секунду он растерялся, встретившись с женой взглядом – вместо жирной (чего уж греха таить) и сварливой бабы, в которую она превратилась, он вдруг увидел ту, прежнюю Лиду, которую когда-то любил до самозабвения.