Смена климата

– Насчет психа – это правда? – поинтересовался японец после паузы. В голосе его слышался намек на усмешку.

«Смеешься не в глазах, а за глазами». Интересно сформулировано.

– Он наркоман, – Хасан сказал лишь о том, что было очевидно, – они все тронутые.

– А насчет ума?

– Посмотрим.

ГЛАВА 2

Не знаю страха и покаянья,

Но на границе чужого сна,

За дверью темной – сокрыто знанье.

Оно способно свести с ума.

Эол

Определенно, эта ночь складывалась удачно. Заноза даже успел в метро до закрытия.

Работающая подземка удобнее неработающей тем, что из точки в точку можно доехать, а не идти пешком. И еще одно немаловажное преимущество работающей подземки – многолюдье, в котором легко затеряться. Существование в посмертии, увы, диктовало свои правила, и Заноза куда чаще ходил по тоннелям пешком, избегая встреч с бригадами обходчиков, чем ездил на поезде.

Поговаривали, что из-за плохой вентиляции и сильно загрязненного воздуха одна поездка в вагоне метро приносила столько же вреда, сколько выкуренная сигарета.

Стоило бы порадоваться за себя – гулять пешком по хорошо проветриваемым тоннелям всяко полезней, чем вдыхать отраву в вагонах. Но Заноза курил больше, чем дышал. Так что, нет, он не радовался.

И все равно предпочитал «Трубу» всем прочим видам транспорта. Включая автомобиль. Не важно, удавалось ли промчаться из точки в точку на поезде, или приходилось идти пешком. Все равно с поезда лучше сходить за несколько станций до нужной, и углубляться в лабиринт тоннелей Северной линии.

В те из них, о существовании которых даже обходчики только догадывались и предпочитали тут же забыть о догадках.

Правильно делали, что забывали. Благодаря плохой памяти и нежеланию говорить о том, о чем говорить не следует, обходчики в метро исчезали реже, чем, например, одинокие припозднившиеся пассажиры. Те-то уж никогда никому ничего не рассказывали. То, что многие тоннели «Трубы», заброшенные пути, законсервированные станции, обитаемы, было секретом Полишинеля.

Но о том, что подземелья не ограничиваются этими тоннелями, этими путями и станциями, знали уже немногие. И с тем, что обитало в темноте ниже метро, предпочитали не сталкиваться даже коренные жители подземелий.

Заноза тоже сначала опасался. В самых черных глубинах тийра таились безглазы, существа, чьи предки были людьми, но утратили все человеческое. А это почти то же самое, что одичавшие собаки, которые опаснее любых волков, койотов или гиен.