Чужая война

Потом ее несли на руках. И ей хотелось заплакать, но слез не было, а было чуть хмельное и светлое, и грустное, но не очень, осознание расставания. Нового. Но, может быть, однажды он приедет и останется? Может быть. Даже скорее всего.

Ганна слышала заботливый голос мужа. И Эльрика:

– Все, Джозеф. Она спит уже.

Джозеф спрашивал что-то про коня. Про припасы. Какое все это имело значение, если Эльрик опять уезжает? Что припасы? У нее, у Ганны, всегда заготовлены ему в дорогу и мясо, и сухари, и сушеные фрукты.

И овес для его лошадей. Но зачем ему уезжать? Зачем?

– Я тебя очень люблю, – услышала она близко тихий голос Эльрика. И заснула.

– Ты ее до утра не трогай, – посоветовал де Фокс хозяину, отходя от кровати. – А завтра все в порядке будет.

– Куда вы уехали-то? – очень серьезно спросил Джозеф. – Когда ко мне спрашивать придут.

– С чего ты взял, что придут?

– Господин Эльрик, – укоризненно протянул трактирщик. – Я ж вас не первый год знаю.

Шефанго вздохнул:

– Скажи – на юг поехал.

Через Карталь, к исманам, в Мерад.

– Они же на север искать кинутся.

– Вот пусть на севере и ищут. Ладно. Пора мне.

– Когда вернетесь-то?

Эльрик пожал плечами:

– Как получится.

– Но вернетесь?

– Вернусь, – уверенно соврал де Фокс. И вышел.

* * *

Вечерняя молитва – понятие растяжимое. Джэршэиты проводят ее точно по расписанию, но в Эзисе солнце раньше встает и раньше заходит, так что по удентальскому времени эта самая молитва приходилась как раз на середину дня.

На первый взгляд, конечно, выходить под вечер не слишком разумно. Но как раз в половине дневного перехода из города стоял удобный караван-сарай. Если отправляться в путь с утра, останавливаться там не станешь, а до следующего дойти – не успеешь. Вот и ходили караваны на юг, выходя из Уденталя «после вечерней молитвы».

Эльрик с Киной выехали через северные ворота. Принц язвительно раскланялся со стражниками, до которых уже дошли слухи о безобразном избиении Хальпека, но еще не дошел приказ об аресте шефанго.

Кина проигнорировала мрачных солдат.

Эльфийка очень прямо сидела в седле, кончиками пальцев управляя своей неказистой лошадкой. Лошадку звали Мымра. И предназначалась она исключительно для того, чтобы возить эльриковы доспехи да разного рода объемистое барахло. Де Фокс купил ее перед последней войной, в которой ему довелось участвовать – лет пять назад, – и тогда Мымра послужила верой и правдой.