Тайна старых картин

– Но вы вначале отметили, что все фигуры в карнавальных костюмах… – начал, было, подполковник, но Лебедев, извинившись, перебил его:

– Я понял, что вы хотите сказать! Карнавальные здесь только платья, маски же отображают образы и характеры! – Дубовик понимающе кивнул. – А вот у меня к вам вопрос… Позволите?

– По-моему, я догадываюсь, что вас интересует, но все равно… Слушаю вас!

– Вы что-нибудь знаете о судьбе этой девочки? Ведь если в те годы она была уже настолько талантлива, то теперь явно должна быть известна, но я никогда не слышал о такой художнице…

– Представьте себе, но этот вопрос занимает и меня!.

– Да-да, конечно! – художник поспешил к дверям. – Если будут какие-то результаты, очень надеюсь, что вы расскажите мне о них?

– Всё, что будет возможно! – помогая надеть Варе пальто, кивнул подполковник.

Уже закрывая дверь, Лебедев вдруг поманил пальцем Дубовика и, взяв легонько за лацкан пальто, тихо произнес, чтобы не привлечь внимания Вари, которая спускалась по ступеням, цокая каблучками:

– А если честно, Андрей Ефимович, картина мне непонятна… В ней всё не так!.. Мне даже несколько неудобно перед своими учениками, что я не могу разобраться в этом… Но!.. от помощи не отказываюсь!

На этой любезной ноте они попрощались.

Уже на улице Варя повернулась к мужу и сказала:

– А всё-таки, что-то не так в этой картине. – Андрей Ефимович улыбнулся про себя, вспомнив слова художника. – Почему Лебедев не понял? Странно…

Дубовик посмотрел внимательно на жену, но слов Лебедева решил не передавать:

– Ты уверена? По-моему, твой мастер вполне доходчиво всё объяснил… Или есть что-то ещё, чего он не заметил?

Они остановились неподалеку от машины.

– Андрей Ефимович, вы нетерпеливы! Завтра мы с ним ещё раз просмотрим всё. Хорошо?

В знак согласия он лишь нежно поцеловал её.

Савелий Лукьянович Корзинкин проживал в бельэтаже старинного особняка, который после революции был поделен на несколько квартир. Жена Корзинкина в свое время работала инструктором Обкома Партии, поэтому квартира им с мужем досталась самая большая.