Натюрморт для вампира

– Это та самая вещица? Кто, вы говорите, написал заявление? Гражданка Жураева? Кто такая? Если дочь пропала в Германии, каким образом кулон оказался здесь? Кто принес его в скупку? Кто украл? Почему? – Кропань сыпал вопросами так, что Авдеев едва успевал на них отвечать. – Ухо? Это вор-домушник, если я не ошибаюсь? Немедленно отыщите его. Надо женщине помочь. Дело серьёзное. Доложите мне лично, – обратился подполковник к участковому. – Интересно, интересно… – он ещё раз посмотрел на снимок.

Потом, отдав распоряжения Авдееву, вышел.

Следом появился Зубков и доложил, что в областном архиве нашлись дела о пропаже двенадцатилетних мальчиков: один пропал четыре года назад, другой – восемь лет. Ни самих детей, ни их трупов обнаружить так и не удалось. Дела были закрыты. До войны же похожих случаев не было.

Авдеев тут же созвонился с Дубовиком и рассказал ему об этом.

Тот молчал какое-то время, потом произнес:

– А это уже кое-что…

– О, товарищ участковый! Вовремя вы появились! – обрадовано встретила Косых соседка Прониной, Люська.

 – Мне утюг нужен, а Алки всё нет. Ваша помощь как раз и понадобится.

Участковый с удивлением посмотрел на женщину:

– Ты меня ни с кем не перепутала, Людмила Ивановна? – строго спросил он.

– Не перепутала, не перепутала, – затрясла она мелкими кудряшками. – Я два дня назад Алке утюг дала, она не вернула. А мне он, край, как нужен.

– А чем же я могу помочь? Свой что ли принести?

– Так у меня есть запасной ключ от её комнаты, на всякий случай она мне его доверила, а я доверия подрывать не хочу.

 – Люська гордо вскинула голову. – Так вот, я комнату-то открою, а вы поприсутствуете. А то, не ровен час, у неё что пропадёт, скажет на меня. А вы свидетель серьёзный, власть, значит. – Тараторя всё это, женщина вынула из кармана халата ключ и открыла дверь комнаты Прониной.

Громкий визг Люськи буквально пригвоздил участкового к месту.

Авдеев с опергруппой прибыл на место уже через пятнадцать минут.

Вывод судмедэксперта был однозначен: смерть Прониной наступила от удара виском об угол столешницы комода.

– Ну, не сама же упала? – мрачно спросил Авдеев.

– Похоже, ударили её, – Веретуха провел по щеке девушки, на которой красовалась большая ссадина.

– И пальчики, товарищ майор, все протёрты, – вступил в разговор криминалист.

– Ухо, видимо, разбирался с подружкой за кулон, вот и «намокрил», – вздохнул участковый.

– Похоже, – кивнул Авдеев, – искать надо его. Ключей, кстати, тоже нет.