Парадигма греха

 – Дубовик резко крутанул руль – дорогу перебегала черная кошка. – Твою …!

– Так ты ещё и с предрассудками? – засмеялся Калошин. – Говорю тебе, всё будет хорошо!

Золотое колечко и признания сделали свое дело: Варя только нежно улыбнулась на предложение Дубовика, у которого от волнения побелели скулы, и кивнула. Она ждала этого дня и была уверена, что это обязательно произойдет, потому что глаза человека, стоящего перед ней не могут обмануть – это она поняла с первой встречи. И его недавнее объяснение в любви было слишком горячим и пылким, чтобы не произнести его от всего сердца, которое под Вариной рукой, когда она робко дотронулась до его груди, стучало так громко, что отзывалось в ней самой любовным эхом.

Калошин, видя радость дочери, вдруг пустил слезу:

– Ну, что я тебе говорил? Ладно, жених и невеста, давайте, что ли, праздновать! – ему было немного грустно, хотелось, чтобы рядом с ним сегодня сидела Светлана, но она уехала по делам в область, поэтому майор предложил повторить празднество в ресторане в другой день, на что получил полное одобрение.

Когда ужин был закончен, уставшую и разомлевшую от вина и волнения Варю отправили спать, мужчины перебрались на кухню, где завели свой разговор под оставшийся коньяк.

– Ну, что, жених, успокоился? – Калошин присел рядом с Дубовиком, обнял его за плечи и ласково потрепал: – Не знаю, как ты, а я точно теперь спокоен за дочь. Веришь, нет, иной раз проснусь ночью, и душа ноет: что будет с девчонкой, ведь росла без матери, как устроится в жизни? Отцу-то не всё расскажешь!.

– Ага, китайская! – засмеялся Дубовик. – И зови ты меня теперь, Геннадий Евсеевич, просто, по имени! Дома… А то как-то неудобно…

– Вот за это и выпьем!

– А что там с вашей библиотекаршей случилось? – поинтересовался Дубовик, когда они оба, смачно крякнув, выпили и закурили.

– Да-а, ты неисправим! Хотя мне лично это на руку! Голова у тебя светлая, мозгов на десятерых хватит!

– Не захваливай! Давай рассказывай! – пуская колечки дыма, нетерпеливо произнес Дубовик.

– До сегодняшнего дня вроде и рассказывать-то нечего было: упала женщина с лестницы на работе, ударилась головой о металлический штырь, который скреплял полки стеллажа, оступилась, что ли? Во всяком случае, так мы думали. А тут!.. Ты слышал сам, что сказал Гулько. Теперь уж не знаю, что и думать! Экспертизу без внимания не оставим, значит, надо начинать следствие.