Парадигма греха

Значит, она ему больше была не нужна. А если его исчезновение вообще не имеет отношения к той книге?

– Я уже говорил, что в такие совпадения не верю! Пропадают две книги, которые в свое время брал один человек – Арбенин. Больше ими никто не интересовался. Кстати, когда он взял первую книгу? До исчезновения мальчика или после? И когда Арбенин её сдал, через какое время?

– Взял за три месяца до исчезновения Лёни, а сдал… – Калошин заглянул в свои записи, – … через неделю, после того, как взял.

– Значит, можно допустить, подчеркиваю – пока только допустить, что мальчик, убираясь в кабинете химии, что-то либо увидел, либо нашёл.

Чёрт знает что! Очередное дежавю! «Искал – нашел»!

– А если его поход в лес, как раз, этим и объясняется? – задумчиво произнес Калошин. – Да, самое главное совсем забыл: вторую книгу Арбенин брал дважды. Так… – он опять посмотрел в записи, – через месяц после исчезновения Лёни, а второй раз – две недели назад. Первый раз вернул через три недели, а вот во второй раз, увы! – мы её у него дома так и не нашли!

– У-у, так всё ещё гораздо больше запутано, чем казалось на первый взгляд! – Дубовик постучал поставленными друг на друга кулаками.

 – Жаль, руки у меня связаны, не могу лезть в это дело! Моршанский тут же встанет на дыбы!

– Да уж, он уже вчера пузыри вовсю пускал! Правда, Сухарев язык ему хорошо «прищемил»!

– Ладно! Всё равно обведём его вокруг пальца, – усмехнулся подполковник. – И уж, коль разговор идет о книгах, я думаю, что следует тебе заглянуть и в школьную библиотеку.

– Я тоже так думаю!

– Да-а, если бы Арбенина год назад допросили с пристрастием, возможно, что сегодняшнего дела не было бы вовсе, – ворчливо произнес Дубовик.

– Ну, извини, я в этом деле участия не принимал, – развел руками Калошин. – Да и, если честно сказать, тогда как-то все уверились в том, что мальчишка, в самом деле, в лес ушел.

– Ты с родителями его тоже подробнее побеседуй, – Дубовик посмотрел на Варю, та была полностью поглощена своим занятием.

 – Знаешь, Геннадий Евсеевич, что мы будем сейчас толочь воду в ступе, когда будут уже какие-нибудь маломальские наработки, тогда и будем обсуждать. А сейчас… В конце концов у нас впереди свадьба, есть о чем поговорить, – он улыбнулся девушке, которая при его словах заметно оживилась.

Дальнейшая их беседа приобрела более приятное содержание.

Глава 4

Утром после совещания Сухарев попросил Калошина остаться.