Йарахонг. Город тысячи храмов

Мрак с тобой, заходи.

Игнасий раньше никогда не бывал в храме Искажений. Внутри всё выглядело не менее странно, чем снаружи. Искривленные белые стены из непонятного материала перетекали одна в другую, увенчиваясь высоким конусообразным потолком. Сквозь узкую щель окна из-под самого верха лился свет. На горизонтальных выступах из стен – скамьях? – и в центре пола были расстелены разноцветные плетеные ковры. Парадоксальным образом они придавали всему интерьеру устойчивость. Пахло мятой и озоном. Разглядывать комнату дольше было неприличным, и Игнасий перевёл взгляд на послушников.

– Наслышан о ваших неприятностях. Возможно, я смогу чем-то помочь?

– Они грозятся собрать совет и добиться нашего изгнания, – после затянувшегося молчания мрачно проговорил один, – объявят темными – и кирдык.

– Кишка тонка, – огрызнулся второй, – со Старшей спорить.

– Да и не виновны мы ни в чем. Милостью Нанутлишочи искажаем только себя и храм. А если кому что почудилось, мы за это не в ответе.

– А нечего было незваными к нам соваться! К пламени, небось, просто так ворваться не посмеют.

– Но то искажение уже спало, и двух часов не продержалось.

– Вы не лжете, – кивнул Игнасий, мягкое тепло в средоточии подтверждало их правоту, – и если будет необходимость, я готов свидетельствовать об этом публично.

Парни заметно выдохнули. Но задавать им вопросы напрямую, похоже, было бесполезно. Воспримут в штыки.

– Я хотел проконсультироваться с вами по одному вопросу, – продолжил Игнасий после паузы, – но, может, стоит дождаться Старшую? Когда она вернётся?

– Спрашивай сейчас! – тряхнул головой зеленоволосый.

Второй насупился, но промолчал.

– Насколько широки возможности Искажений?

– Ты! Что ты, нахрен, задумал? – мгновенно ощетинились оба.

Запах озона усилился. Воздух стал тяжелым и душным, как перед грозой. Игнасий на миг прикрыл глаза. Ошибся. Божество Нанутлишочи слыло взбалмошным и вспыльчивым. Не стоит привлекать его излишнее внимание, если не хочешь щеголять искаженным обликом.

– Ничего не задумал. И ничего не собираюсь у вас просить. Мне надо знать, возможно ли для кого-то стать птицей, чтобы следить за человеком несколько часов.

Младший из ребят нервно хохотнул, раскинул руки, его силуэт подернулся рябью. Спустя секунду с этого места взмыла большая желтая птица, перекувырнулась под потолком и спикировала вниз. В момент приземления в пол ударили уже не птичьи ноги, а подошвы ботинок.