Тайна Пушкинской улицы

– Да, это не всё, – продолжил Славик, представляя себе последствия сообщений.

– Выкладывай, – выкрикнул Вадим из коридора.

Друг решился.

– Первое. Нас обокрали. Вынесли всю оргтехнику. – Славик взволнованно отошёл вглубь комнаты. Смотреть в карие глаза, в секунду потемневшие, не хотелось. – Второе. На счетах – ноль. Девчата не знают, как это получилось.

– У меня нет девчат. У меня – бухгалтеры. Они не знают? – не по – доброму сдержанно переспросил хозяин квартиры.

– Да, – взял себя в руки друг.

До вчерашнего вечера всё было хорошо. Размеренный, устоявшийся бизнес, личные связи, окончательно определённые планы на жизнь, и в миг, по чьей – то невероятной, изощрённой прихоти, всё рушилось на глазах. Это понимала даже боксёрская Славикова голова.

– Девчата работают. Стараются, – взялся защищать сотрудниц Кисель. – И верно. Кто же набрасывается так, с бухты-барахты, толком не разобравшись.

– Ты – мой, – твёрдо, с расстановкой произнёс глава “Проекта”.

– Что? – не понял Славик.

– Ты – мой ангел – хранитель, не – их, – пояснил Ёж, высекая взглядом искры.

– Ну, ясно, – отлегло от сердца. – Ещё, – утренний гость переместился поближе к двери. – Твоя Елена…

– Что она?

– Нервничает, – Славик замолчал. Он тут же вспомнил летающие блюдца, стаканы, опрокинутый с кипятком чайник и разбитую фару машины.

– Что у нас сегодня? – Синий в мелкую диагональную полоску галстук с лёгкостью завязался в узел. Посмотрев на себя в зеркало, Ёж остался недоволен.

– Двадцать седьмое июня, – напомнил Славик. – Лето.

– Знаю, что лето. День какой?

– Пятница. – Ангел – хранитель обычно любил пятницу – день зарплаты. Но в создавшемся положении, этот отрезок недели встал вровень с понедельником – тяжёлым и бесконечным.

Сейчас голову занимала исключительно одна мысль: почему нужно было тянуть с отпуском. Был бы теперь у моря или в горах, или в лесу, какая разница; чайки, беркуты или кукушки, не городские голуби – вот что важно.

– Не время мечтать, – пресёк Вадим думы, звеня ключами.

Проспекты ждали раскалённым асфальтом, пробками автомобилей с их нервными владельцами, что выезжая на дорогу в очередной раз, ругались, как в первый, разморённым людом, проплывающим по “зебрам” и молчаливыми призывами продавцов аппетитных горячих пирожков.

– Что с твоей фарой? – мимоходом поинтересовался Вадим.

– Говорю же, твоя Елена Троянская постаралась. Она.