Тайна Пушкинской улицы

Нетрудно представить чувства человека, на глазах которого друг лишается рассудка, но следующее обстоятельство заставило вооружиться вниманием. Особа перешла пустынную улицу, пересекла дорогу и действительно направилась к двухэтажному особняку. Дверь легко непринуждённо отворилась, впустив позднюю гостью и закрылась, не нарушая ночной тишины.

Славик готов был поклясться, что сам проверял замок. Как вышло, что тот на миг, разделившись на две половинки, вновь принял прежнюю форму, он пока не знал.

Тем временем, Вадим впервые за долгий день услышал звук, напоминающий звон двух хрустальных бокалов. И это совсем его не подбодрило. Быть может в другой, более удачный день он и порадовался бы за празднующих, но не теперь. Не этим вечером.

Что касалось Славы, по своей натуре, он являлся бойцом. Случалось отступать, но такое намерение приходило с ощущением необходимости в совершении последующего тактического маневра для взятия реванша. Как любого воина, Славика раздражало отсутствие зримого, чётко обозначенного противника, а так же сам момент.

– Ещё один, – взволнованный голос привлёк внимание Вадима. – Вон стоит. Тоже общается.

У раскидистого каштана, чьи распустившиеся “свечки” издавали изумительный аромат цветов, уносимый лёгким тёплым ветром, прикорнул плечом средних лет господин. После нескольких произнесённых им слов, выслушанного, по всей видимости, ответа и радостного смеха на удачную шутку, человек, поправив воротничок, поклонился с достоинством, двинувшись к подозрительному дому.

– На слёт юных техников не очень похоже, – не сдержался в оценке Славик. – Пойдём, пристроимся.

Вадим не мешкая, вылез из машины в надежде просочиться в особняк вместе с припозднившимся клиентом. Когда тот, подойдя к двери, взялся за массивную, старинную ручку, в виде львиной гривы, мужчины архангелами возникли у него за спиной, налегая грудью.

– Вы чего, вы чего? – запричитал мужичок, прижимаясь щекой к облупленной краске. – Ваша территория. Я понял, понял, уступаю, – продолжал он, переходя на верхние ноты. – Кто же знал? Никого ведь не было.

– Ты кто такой? – развернул человека Славик.

– Тимофей Евгеньевич, – выговорил тот, запинаясь на отчестве.

На друзей повеяло перегаром.

– Берите, – он поднял руки, словно собирался сдаваться и отступил в сторону.