Преферанс по пятницам

– Почему же бессовестно? – рассмеялся Вадим.

– Потому что ты чужой муж, – беспечно проговорила Вика. – Но совесть меня почему-то не мучает.

– Правильно делает. Не переживай. Я вот думаю, как я раньше жил без тебя? Я думал, что не бывает так, чтобы душа, сердце и тело хотели одного и того же, а теперь знаю – бывает. Ты удивительная женщина, – прошептал он, глядя ей в глаза таким проникновенным нежным взглядом, который, кажется, проникал до самых глубин ее души.

– Просто я люблю тебя. Мне так хорошо с тобой, что даже страшно становится, я словно пребываю в состоянии сна и боюсь, что однажды проснусь, а тебя не будет рядом.

– Ну что ты, девочка моя, хорошая моя, ну, куда я от тебя теперь денусь? – улыбнулся он, и его губы прижались к ее губам.

Она вновь ощутила на своих губах знакомый и такой восхитительный вкус его губ. Его язык, властно раздвинувший ее зубы, ворвался в ее рот, продолжая ласкать его внутри. В голове все закружилось, завертелось в каком-то вихревом потоке, и Виктории показалось, что она вот-вот потеряет сознание.

Открыв глаза, она увидела, что Вадим смотрел на нее, чуть отстранившись, и его родной голос неуверенно спрашивал ее:

– Викуль, ты как? Все в порядке? – в его глазах плясали веселые искорки.

– Да, – с трудом произнесла она, чувствуя, как силы постепенно возвращаются к ней. – Вадим! Я очень боюсь тебя потерять, – Вика сказала это откровенно, от полноты чувств, переполнивших все ее существо.

– Вика, Вика, не надо… Мы с тобой обо всем уже договорились, так?

– Договорились, конечно, договорились, – пожала она плечами.

 – Как давно это было…

Глава 3

Незаметно пролетели еще три дня. Жалко, что приходилось то драгоценное время, которое им было отпущено для встреч, расходовать на сон и работу. Ну, работа, это дело святое, не обсуждается, а вот от сна часть времени они все-таки прихватывали. Все свое свободное время они проводили вместе, боясь оторваться друг от друга даже на короткий миг. Они почти не звонили друзьям, тем более что новых, общих друзей у них еще не было, а со своими старыми они не успели познакомить друг друга.

Сумасшедшие ласки, которыми они одаривали друг друга, несли в себе такую концентрацию трепетной нежности и любви, что в них явственно проступал привкус горечи, и оба это прекрасно чувствовали. Так любят либо перед долгой разлукой, либо когда прощаются навсегда. Каждый день они проживали так, как последний, считая каждый день чудом, дарованным им свыше.