Опекун

Он впервые за их совместное проживание уезжал на несколько дней из дома, и оба успели соскучиться друг без друга. Алена весь вечер ходила за ним по пятам, поминутно обращаясь за чем-нибудь.

– Вадим, а вы сегодня никуда не поедете?

– Нет. Куда я должен ехать? – с улыбкой поинтересовался он.

– К Жанне. Только она почему-то не звонила.

– Мы расстались с Жанной, – мимоходом сообщил он, убирая дорожную сумку в шкаф.

Алена испуганно посмотрела на него и молчала, боясь сказать что-нибудь невпопад и обидеть его.

– Наверное, это из-за меня? – Ее большие, красивые глаза наполнились тревогой.

– Нет. Ты не волнуйся. Все нормально. Мы расстались по обоюдному согласию. Так бывает в жизни, – сообщил он делано-спокойным тоном, но было видно, что у него это еще не отболело.

– Мне очень жаль…

– Ничего. В жизни так бывает. Наша с Жанной история закончилась. – Он вздохнул, убрал прядку волос со щеки девочки и вымученно улыбнулся.

– Жизнь продолжается, и начнется новая история, – убежденно проговорила Алена.

– Ну уж нет! Я не готов пока к новым историям, – невесело засмеялся он. – Нужно еще пережить старую. Хочется выпить, но не хочется одному.

– Я не пью! – испуганно заявила Алена.

– А я тебе и не предлагаю. Мала еще, – усмехнулся Вадим. – Просто посиди со мной.

Вяземский прошел к бару и, достав бутылку виски, плеснул себе в широкий стакан, потом сходил за льдом и кинул несколько кубиков в содержимое стакана. Он поднял стакан к свету и внимательно смотрел на то, как кубики льда сначала опустились на дно, а потом медленно начали подниматься вверх.

– Знаешь, чем больше я думаю об этом, тем больше убеж-даюсь в том, что все происходящее с нами закономерно. Из нашего союза с Жанной ничего путного и не могло получиться. Наше поколение, родившихся в восьмидесятых, загнано в ловушку высоких притязаний и потому не может быть счастливо.

– В каком смысле? – живо поинтересовалась Алена.

– Мы слишком много хотим от жизни.

– И вы?

– И я не исключение.

Я вспоминаю свою бабушку. Их поколение редко мечтало о принцах, заграничных курортах или даже о бокале мартини. Все это казалось недосягаемой роскошью. Они жили проще и счастливее. Они радовались мирному небу, возможности иметь свое жилье, образование и стабильную работу. Радовались, когда в семье все было хорошо. И большую часть времени, оставшегося от работы, домашних дел, очередей, рождения и воспитания детей, они тратили на то, чтобы обустроить уют.