Совсем не страшно в темноте

Где-то далеко в космосе сияла луна, проецировала на холмы и равнины свой свет, напоминая холодному миру о существовании солнца и непременном наступлении дня. Но для нас – двух диких псов – ничего кроме этой звенящей своей чистотой ночи не существовало. Только здесь и только сейчас.

– Азур?.. Азур!.. – сугробы хрустели под лапами; говорить на бегу было немного трудно, и я прерывался. – Мы создали с тобой миллионы миров!.. Мы воплотили в жизнь миллионы фантазий!.. А как ты думаешь, кто придумал этот мир?

Белый волк остановился, повернулся ко мне и подождал, пока я его догоню.

Сверкнул в темноте насыщенно-красными глазами.

– Каждый создаёт свой собственный мир.

– Да нет же! Я имею в виду этот, общий мир! Который сейчас видишь ты, и который вместе с тобой вижу я! Кто был его создателем?

Он улыбнулся во всю ширину своей острозубой пасти:

– А почему ты так уверен, что я вижу то же, что и ты? Почему ты думаешь, что я вообще что-то вижу?

– Как же так? А эти луга? А небо? А звёзды над нашими головами? Вся эта удивительная и восхитительная в своём замысле реальность – ведь у неё же должен быть создатель!

Волчьи глаза смотрели куда-то глубоко внутрь меня, не моргая.

– Ты никогда не думал, Сет, что красота окружающей нас псевдо-реальности зависит только от того, насколько мастерски мы умеем творить? Ты потрясающий создатель миров, тут мне за тобой не угнаться. Тут я не могу с тобой соперничать.

– Но этот мир создал не я! Все эти запахи и шорохи, деревья, долины и горы – это не моя выдумка!

– Конечно твоя.

Их создали твои уши, нос и глаза.

– Тогда зачем ты сам превращаешься в волка? Не затем ли, чтобы иметь зоркий глаз и чуткий слух? Чтобы создавать более глубокие отражения реальности?

В ответ Азур снова обнажил свои сорок два клыка, вильнул роскошным хвостом и, прыгнув с холма, побежал дальше, продолжая нить своих следов на нетронутой зверем земле.

– Нас ждут, Сет! – прозвучало издалека. – Идём за мной, и я покажу тебе, что такое настоящая смерть!

Прислонившись к ссохшемуся дереву и закрыв глаза, на горной дороге сидел путник.

Его глаза были закрыты, а губы – обветрены непогодой. Он очень замёрз, он почти не мог двигаться, и у него закончились спички и питьё. Похоже, он сбился с пути, потерял дорогу к дому. Поддев носом его безвольно лежащую на земле руку, Азур кивнул мне. Нюх волка за несколько десятков миль чувствует добычу.

В этот момент человек открыл глаза, он был ещё жив.