Никандрыч и Златовласка

В общем-то многие его тут уже знали, обращались по поводу разных мелких работ, шабашек, считали своим и относились к нему хорошо. Он слыл отзывчивым, добрым, работящим, а если и выпивал, то уходил куда-нибудь в гаражи.

Пару раз за всё время к нему подходил участковый Банкин. Первый раз был очень строг, смотрел подозрительно, проверил паспорт, хмыкнул, спросил, откуда прибыл? Выслушал историю его появления, объяснил:

– А я думал, ты мигрант какой! Больно уж внешность у тебя… странная. Как у лица кавказской национальности, мы раньше так в сводках писали.

Думал, ты абрек какой….

Никандрыч выразил полную солидарность с участковым, объяснив, что сейчас он ещё поприличнее выглядит, поседел, да и глаза не такие жгучие, а в юности был почти черноглазым, да к тому жгучим брюнетом, и в армии получил прозвище Грузин. Он и сам не знал, почему такой. Отец жгучим брюнетом не был. Сестрёнка похожа на мать, светленькая, а он, видимо, в отцовских предков: отец говорил, что они из терских казаков, а какой казак не имеет восточных кровей!

Банкин присматривался несколько дней к новому субъекту своей территории, потом сказал, что жить здесь можно, никто его не обидит, но только пусть и он ведёт себя хорошо и пьяный не появляется, а то Банкин непременно заберёт его и сдаст в обезьянник.

– Ты, Никандрыч, главное, не безобразь! – изрёк Банкин, угощая Никандрыча сигаретой. – Лето перекантуешься, а к зиме, может, мы тебе какую-то работёнку подберём. Может, и в общежитие пропишем.

А пока у тебя – испытательный срок! Не пропадёшь!

Банкину было лет сорок. Он родился и всю жизнь прожил в этом доме, после армии пошёл в милицию, служил в ОМОне, даже в Чеченской войне поучаствовал, служил в разных подразделениях, а когда старый участковый засобирался на пенсию, Банкин тут же напросился на его место. И был очень доволен.

Никандрыч отошёл подальше от детской площадки, чтобы покурить, и в это время во дворе появилась Изольда-младшая.

Она шла из школы в толпе ребятишек в том самом венке, который сплела утром, и золотые волосы были распущены, но вместо светлого платьица на ней была надета темная юбочка и вышитая белая блузка – настоящая украинская вышиванка. Златовласка сразу заметила Никандрыча и бросилась к нему.

– Никандрыч! Здравствуй! А меня сегодня хвалили! Очень хвалили!

– Да, Изольду очень все хвалили! – подтвердил круглолицый мальчуган, с обожанием глядя на девочку.