Моя ведьма

Николас тихо подошел к девушке и обнял ее сзади. От неожиданности Мариэлла вздрогнула, но не отдалилась.

– Устала? Как нога? – Ник коснулся своими губами ее волос.

– Нет, не устала и нога совсем не болит! Правда, магия – это чудо? – Мариэлла повернулась к Нику лицом. Она улыбалась и смотрела на него открытым взглядом. При последних ее словах Мужчина заметно помрачнел и отвел взгляд. – Я что- то не так сказала? Что- то случилось?

– Нет, совсем нет, будем ложиться? – Николас быстро взял себя в руки, ведь девушка живет здесь с самого детства и понятия не имела, что творится в мире из- за магии, а рассказывать ей он пока не хотел.

– Да, уже поздно. Марсель наверно убежал охотиться. Ты ляжешь с этого края? – стоя перед кроватью, девушка заметно нервничала, и Ник решил, что стоит успокоить эту маленькую ведьмочку.

– Я лягу там, где ты скажешь, и не сделаю ничего, чего б ты не хотела. Я не хочу портить то, что у нас сейчас есть. – Николаса обнял девушку, которая после его слов явно успокаивалась.

– Спасибо – других слов он от нее и не ждал.

Николас знал, что более близкие отношения приведут к последствиям, которые в свою очередь не известно еще к чему приведут. Он понимал, что с такой девушкой не стоит просто играть или использовать для утех. Мариэлла создана для любви, нежности и сказки. И он хотел всем сердцем подарить ей сказку. Но… всегда есть «но».

Затушив все лампы, они легли в кровать.

– Ник?

– Да.

– Я хотела…

– Чтоб ты не хотела – можно.

Мариэлла улыбнулась, радуясь, что в темноте он не мог ее видеть.

– Спокойной ночи, Николас.

– Спокойной ночи, Мариэлла.

Но, в отличие от девушки, которая уже в скором времени мирно посапывала у него на груди, Ник долго не мог заснуть. Он думал о том, что скоро ему нужно вернуться к своим обязанностям во дворце и на службе. Но, чем дольше он находился рядом с девушкой, тем меньше ему хотелось уходить. Кто бы мог подумать, что ведьма, представительница этого черного вида, смогла стать в его жизни ярким лучиком, и видимо растопить его черствое сердце.

Утро, как ни странно, выдалось довольно прохладным. Из теплых вещей в домике была лишь пара пледов и теплых платков, которые Мариэлла не смогла сжечь, как предписывал обряд, после смерти бабушки. По ведьминым поверьям все вещи, которые принадлежали умершей ведьме, должны были быть сожжены на шестой день после ее смерти.