Таль 5. Верить в себя

Таль похоже вообще не может думать о чем-то одном, я даже представить себе такого не мог.

– Хочешь сказать, она настолько уникальна? – удивленно посмотрел на меня доктор.

– Уникальна, – скривился завуч. – Как человек с десятью руками, который ни одной из них пользоваться не умеет. Толку-то от ее потоков, если она их не контролирует?

Я ничего не поняла, но пытаться прояснить ситуацию сейчас было бесполезно. Кайден то и дело начинал хохотать без всякого видимого повода и вообще нормальным не выглядел.

– Тебе сегодня лучше ни с кем не общаться, – посоветовал завучу доктор. – Иди в свою комнату.

– Не, ты меня лучше домой отведи и справку какую-нибудь напиши, что меня завтра не будет.

– Куда тебе домой? Ты куда оттуда собрался?

– Да никуда. Отварчику попью и спать лягу. Алан, я же понимаю, что под альгамой, просто ничего не могу с собой поделать. Мало ли кто здесь меня такого увидит, а дома я просплюсь и завтра в обед мне вот этот лучший враг, – ткнул в меня пальцем Кайден, – принесет от Шрама сытный обед.

– Ладно, – растерялась я.

– О как! И даже в вымогательстве не обвинила, – расхохотался завуч.

– Не обеднею от одного обеда, – пожала я плечами.

– Не дури, – ухмыльнулся Кайден. – У меня там аванс, как и у Элтара. Просто сегодня закажи, а завтра принесешь.

Я молча кивнула. Все равно завтра четвертым уроком «растительный мир», так что можно будет спокойно его проведать.

– Ладно, будь по-вашему, – согласился доктор. – Таль, иди домой, а этого я сейчас телепортом отведу.

– Хорошо.– Я запрыгнула на летунец и отправилась к Шраму, радуясь, что все обошлось.

***

Вторым уроком на следующий день стояла практическая магия, но из-за отсутствия Кайдена ее поменяли с теоретикой на которую снова пришел ректор Таврим. Он заглянул в наши записи, удивленно вскинул брови, но решил не морочить себе голову, и велел решать задачи из учебника начиная с той, на которой закончили, кто сколько успеет. Мы переглянулись и устроили соревнование.

В обед я, как и договаривались, понесла Кайдену собранную Шрамом корзинку. Открывший дверь завуч был еще более хмурым, чем обычно, и, буркнув «заходи», ушел на кухню.