Русалочка под прикрытием

Наверняка бронированная. Вот с нее-то я и начну. Если квагги где-то здесь спрятали артефакт, это должно быть надежное место, куда не каждый имеет доступ. Бронированная дверь морозильной камеры – это очень удачное место. Я направил свою коляску прямо туда. Около двери путь мне преградил один из помощников, Жюль или Жан, они все на одно лицо, будто копировальная машина их делала. Хотя я могу быть не так уж и далеко от истины. Если их вычислительная машина такая же, как у фельдмаршала, она запросто могла наштамповать одинаковые тела.

– Д-даме помочь?

– Сама справлюсь, – я наклонил рычажок и проехал по ноге «помощника», вкатившись в морозильную камеру первым.

Меня обдало морозным воздухом, от которого съежился хвост, и все нутро подсказывало, что здесь находиться не стоит. Может это особое рыбье чутье, избегающее морозильных камер и низких температур. На полках вдоль стен лежали рыбные брикеты, тушки животных и пакеты с замороженными овощами.  Надеюсь, эти лягушатники не догадались сунуть артефакт в тело омара, чтобы его потом потушили.

За моей спиной кряхтел повар, выражаясь на совсем не местном диалекте. Кто-то другой не понял бы ни слова, приняв это за акцент жителя далекой страны. Но я точно знал, что удаленность эта не местного, а межплатнетного масштаба. Уж говор кваггов я узнаю в любом уголке планеты. Катившись мимо замороженных полок, я делал вид, что не замечаю странной речи своих конкурентов.

– Д-думаешь, я тебя не уз-знал?

Я остановился. Интересно, где это он видел меня в этом обличье последний раз?

– В-вижу, и ты тоже меня з-знаешь. Д-давно Империя отправляет на задания слащавых девиц?

– Молодой человек, – попытался я сохранять все свое женское спокойствие, – это вы так неудачно ко мне подкатываете? Узнал, мы в одном классе учились, за одной партой сидели.

– Н-ну, как знаешь, – пожал плечами повар и развернулся к двери, – не суйся куда не надо, останешься жива, к-красотка.

В этот момент в холодильник влетел Марвин, поправляя очки на носу.

– Тебя за смертью посылать. Вот крабы, вот креветки, – кинул он мне на колени упаковки, которые неприятно обожгли холодом.