Рожденный зверем

– Доброе утро, дамы, – улыбнулся я, будучи начеку, ожидая от них всего, чего угодно, – шпионите?

– Следим, – выдала седовласая старушка.

– Давно следим, – заметила вторая.

– Можно узнать причину вашего интереса к моей персоне? В прошлый раз разговор у нас не задался.

– Мы радуемся каждой твоей потере, – хихикнула первая, – смотрим, как тебе становится хуже.

– Это придает нам сил, – поддакнула вторая.

Больше они не сказали ни слова, продолжая стоять и смотреть на меня. Я вылез обратно на дорожку и пошел в свой кабинет.

– Как дела, как настроение? Готов к тяжелому рабочему дню?

– Всегда готов! – отсалютовал я ему. – Что на сегодня у нас интересного?

– Ворчливые старушки, ворчливые старики, привередливая родня. Надеюсь, у тебя дома все устаканилось?

Я махнул рукой, подошел и сел за свой стол, Ларри примостился на ручку клиентского кресла.

– Ты все еще ищешь свою дочь?

– Ларри, не начинай.

– Только как твой друг, я прошу, чтобы ты вернулся в реальный мир. Кто, как ни я, скажет, что ты сбрендил не по-детски?

– Мне об этом сказали все кому не лень, Лора так каждые десять минут напоминает.

– Твоя жена хоть и дура, но тут права. Не знаю, что на тебя так повлияло, прыжок с парашюта или размозженный череп того бедолаги, но головой ты точно тронулся.

– Ларри, заткнись, пока это плохо не кончилось.

– Плохо уже кончилось. Верить в то, что откуда ни возьмись, у тебя взялась дочь, да еще старшая, да еще от жены, которая не помнит, что ее рожала – это шиза, дорогой. Про это наша мымра еще не знает, а как узнает – турнет тебя с работы пинком под зад так, что в вытрезвитель не возьмут. Не придешь в себя – останешься без всего того, что нарабатывал годы: семья, репутация, работа.

– Если ты сейчас не остановишься, я набью тебе морду.

– Да набей, если тебе легче станет! Пусть я буду с фингалом под глазом, чем ты в психушке.

Здесь я уже не выдержал, сорвался с кресла, перепрыгнул через стол и со всей силы врезал Ларри по скуле. Голова его дернулась, кресло опрокинулось, и он перекувырнулся через голову, отлетев к шкафу. Я не мог остановиться, подбежал к нему, схватил за полы халата, рывком поднял на ноги и врезал еще раз.