Трудовые вампирские будни

Зря вы меня обидели, Прасковья Анатольевна… Ох, зря! Начните писать текст новой главы

Глава 7

– Прасковья Анатольевна, разве вы не слышали, что я просила шариковые ручки именно марки Флиенс? – гордо вздернув подбородок и прищурив глаза спросила я свою помощницу, которая только что вернулась из канцелярского магазина.

– Но ручки такой марки не выпускают…– попыталась оправдаться Прасковья Анатольевна.

Это я прекрасно знала, потому что сама выдумала эту фирму буквально пару часов назад.

Просто хотелось, чтобы секретарь пробегала по городу в поисках несуществующих товаров.

– А бумага? Разве я просила белую?

– Об этом вы вообще ничего не говорили!– возразила женщина.– К тому же я всегда беру именно такую, и прежде вы никогда не жаловались!

Ну так прежде я не знала, что моя помощница работает на "Орден по охране от вампиров" и выдает ему всю информацию обо мне в письменном виде дважды в неделю.

– А сейчас я хочу другую! – капризно поджав губы, ответила я.

– И принесите мне, наконец, шоколадные пончики и чашку чаю, вместо того, чтобы стоять столбом посреди кабинета.

Прасковья Анатольевна заскрипела зубами от злости, но смолчала. Через пару минут передо мной стояла чашка дымящегося чая и тарелочка со свежим пончиком.

– Если продолжите налегать на сладкое, скоро не будете помещаться в собственном стуле,– бросила Прасковья Анатольевна и, резко развернувшись на пятках, вышла.

– Кто бы говорил,– проворчала я и откусила смачный кусок пончика.

Вообще-то я попросила эти сладости как раз потому, что моя помощница их просто обожает и всегда покупает в ближайшей кондитерской. Угощения хранятся в верхнем ящике ресепшена, и Прасковья Анатольевна втихаря уплетает их, когда думает, что ее никто не видит.

Надеюсь, я не перегнула палку с этими пончиками, задев самое святое, и помощница не сбежит от меня. Как бы не была зла, лишаться своего секретаря я не хотела. Прасковья Анатольевна прекрасно справляется со своими обязанностями, и я к ней привыкла.

Да что уж там, я по-настоящему привязалась к этой большой хамоватой даме неопределенного возраста.

Я отложила пончик в сторону и вздохнула. Прасковья Анатольевна своим предательством разбила мне сердце. И если в первое время мне доставляло удовольствие устраивать ей мелкие пакости, то теперь я ощущала пустоту в душе, словно лишилась чего-то дорогого.

– Прасковья Анатольевна!– позвала я помощницу.