Встреча

Я в делах с любовницами не специалист.

– Женька!

– Агась. Слушаю. Шпарь, как говорится, правду матку.

– В общем, так. Приехал я домой.

– А Ритка с любовником, – присвистнул Женя.

– Типун тебе на язык. Она у подружки своей ночевала.

– Без твоего ведома, ай-яй-яй.

– Не паясничай.

– Ладно, – сдулся Евгений.

– Ну мы того, – замолчал Борис.

– Этого, – передразнил его приятель.

– И она увидела у меня засос.

– Опаньки, – заржал Женя.

– Тебе смешно, а Марго в ванной час ревёт.

– Я бы тебе в морду дал.

– Лучше бы дала.

– Ну, что могу сказать. Разведётся она с тобой. Ритка баба гордая.

– Вот я и подумал.

– Да тут и думать не надо.

– Женька, дослушай.

– Весь во внимании.

– Не мог бы ты сказать моей Марго, что это ты мне засос поставил.

– Чур меня, – воскликнул мужчина, не дослушав приятеля. – Я Лялю люблю и засосы ставлю только ей.

– Да люби свою Лялю, кто против, – возмутился Борис.

– Тогда к чему весь этот фарс? – удивился Женя.

– Скажи, что мол мы поспорили, как сильно она мне верит.

– Понимаю, – засмеялся мужчина.  – Ты хочешь выставить её дурой. Так бы сразу и сказал.

– Женя, – вскипел Борис.

– Да ладно тебе кипятиться. Ты уже сел голой… – усмехнулся, – на горячий примус. Так что расслабляйся и получай удовольствие. Я в деле. Это будет  весело. Только предупреждаю сразу.

– О чём?

– Чур мне никаких засосов ставить не будем. Пред своей женой я девственно чист, таким и хочу остаться.

– Нужен ты мне со своей девственной любовью, – ехидно произнёс Боря.

– Ты не исправим.

– Жизнь одна.

– И не говори, – засмеялся Женя, сбрасывая вызов.

«Теперь осталась Анфиса-крыса, – ехидно улыбнулся Борис. – Посмотрим, как ты запоёшь, когда я перекрою тебе денежный кислород».

Часть 19.

Маргарита сидела на краю ванны и смотрела на переплетённые пальцы своих рук.

«Какой наивной я была, – всхлипывала она.

Она перевела взгляд на воду, что лилась из крана в раковину.

«Вот и моя жизнь, – подумала она, – течёт, течёт… А куда течёт? Для чего? Как-то бестолково всё получается».

Она засунула руки под струю, как оказалось, ледяной воды.

«Пусть, – вздохнула, проведя мокрыми ладонями по лицу. – Я всё равно скоро в понимании Бориса перестану быть женщиной. Может так и к лучшему.