Толстяк для Барби

– Ну, вот, совсем другое дело, – улыбался Павел, наворачивая за обе щеки омлет с помидорами, беконом и сыром, запивая горячим, крепким и очень сладким чаем. – Всё, как я люблю. Молодец, – похвалил он супругу, шлепком по ягодице. – Если и вечером будешь хорошей девочкой, в выходные отпущу тебя в СПА-салон, а то, что-то ты запустила себя в последнее время. Меня бесит цвет твоих волос. Так что, – он поднялся из-за стола и протянул руку к лицу Лены. Она испуганно зажмурилась, но он только потрепал её по щеке.

«Как собаку», – хотела поморщиться она, но сдержалась.

– До вечера, – быстро обнял её Павел, покидая кухню. – Вечером сделай отбивные и картофельное пюре, – прокричал он из коридора.

– Хорошо, – громко ответила женщина, вздыхая и начиная убирать посуду со стола.

Павел не любил, когда супруга мешала ему собираться на работу. Через пару минут хлопнула входная дверь, оповещая о том, что мужчина ушёл из дома.

Лена без сил упала на первый попавшийся стул, облокотилась локтями о стол, спрятала лицо в ладонях и разревелась.

Ей было обидно и горько. Сколько раз за прошедшие годы она вот так же плакала? Не перечесть! Женщина жалела себя, жалела, что послушала мать, когда Павел впервые поднял на неё руку.

«Выбрала его – терпи, – сказала она ей в тот момент. – Где ты ещё такого найдёшь? Да с таким доходом? И красивый? И любит. Ну, ревнив. Так у всех бывают недостатки».

И Лена терпела, столько раз, что и не перечесть. Терпела и ненавидела себя, за малодушие. Да, и идти ей было некуда.

Мать к себе не пустит, у неё и так младшая сестра живёт с детьми, после того, как развелась с мужем. А квартира двухкомнатная. Маленькая. Денег у Лены не было. А отложить не получилось, ведь Павел любил до копейки проверять счета. Делал это регулярно. В конце каждого месяца.

А потом, одним осенним утром, несколько лет назад, она вдруг поняла, что ей абсолютно всё равно… Ну, бьёт её Павел и бьёт. Орёт и орёт. Принуждает к близости… Именно тогда она и стала время от времени добавлять в его напитки снотворные капли, чтобы хоть как-то обезопасить себя от эротических фантазий супруга.

Лена подняла голову и вытерла мокрые щёки и глаза, высморкалась в кухонное полотенце.

– Любовь – самое отвратительное чувство, которое только существует на свете, – всхлипнула она. – Как мне жить дальше?

Но никто не мог подсказать ей ответ на этот вопрос.

Почему-то именно в этот момент она вспомнила о Толе. О мальчике, который превратился в мужчину.