Оборотень по объявлению. Тень

Правда?

Я тяжело выдохнула и вдруг услышала шум в комнате. Я рванула на звук, свалив пуфик, подтягивая за собой больную ногу. С надеждой залетела в комнату и никого не увидела.

– Лина! – позвала я.

А в ответ тишина.

Будь я оборотнем, давно бы уже по запаху поняла, кто здесь. А если даже спрятал запах, то могла бы сказать по звуку дыхания, где спрятался таинственный гость.

Это точно не Тень. Он бесшумный, словно двигается в вакууме. Линка бы не пряталась. Значит, у меня незваные гости.

– Кто здесь?

Я пыталась, но не могла вспомнить, была ли вообще закрыта дверь, когда я вошла.

Так кто там? Тишина пугала. С ногой в гипсе далеко не убежишь.

– Кто здесь?! – крикнула я еще раз.

И тут мой взгляд упал на старый лакированный деревянный стол, у которого зияла совершенно новая дыра по центру.

Я тут же узнала авторский почерк!

– Сеня, е-мое!

– Не е-мое, а ядрен батон! – тут же вылез парень из-за дивана. Как он поместился в крохотную щель между ним и стеной – загадка.

Медолис покосился на стол и втянул голову в плечи:

– Прости, ядрен батон! Нервничал.

Он всегда выедал серединку у столов. Как-то я спросила, почему не края, а Сеня мудро ответил, что уважает окружающих. Что на края тарелки ставят, сидят с краю, а вот серединка, бывает, и пустует.

А мне плевать было на стол. Я сейчас совсем не за него переживала.

– Ты что тут делаешь?

Медолис наклонился и выволок из-за дивана спортивную сумку.

– Я из дома ушел, ядрен батон. Почти все в моем клане верят, что это Тень свихнулся от пилюли Леона. А это не так! Ведь не так, Насть? Не так! Ты-то знаешь!

Под конец своей горячей речи Сеня кричал. Глаза выпучил, раскраснелся весь, руками размахался.

– Не так, – согласилась я, и медолис нервно выдохнул, запустил пальцы в огненный чуб и поставил его торчком.

– Вот и я им говорю, а они не слушают, ядрен батон! Будем с тобой репутацию Тени защищать, да?

Я смотрела на толстую сумку, набитую так, что молнии еле держались.

– А мама знает?

Ядрен Батон задрал нос к потолку.

Я достала телефон.

– Я напишу, что ты у меня, чтобы не волновались.

– Эй! И ты туда же, ядрен батон?

– Я тебя не выгоняю, но родители не должны тебя терять.

Медолис надулся, сел на подлокотник дивана и недовольно сложил руки на груди.

– Тогда я не поделюсь зацепкой, ядрен батон, – вдруг сказал парень.

Мои пальцы застыли над сенсорной клавиатурой телефона.