Капитан перехватчика

И я продолжала говорить, не веря, что смогу что-то изменить, но понимая, что иначе не могу.

– Просто офицер, который должен исполнить свой долг. Просто… – Горло сжало петлей, как там, на Таркане. И темнота перед глазами тоже была, как тогда. – В тот день, когда узнала, что буду сопровождать конвой, я поругалась с человеком, которого очень люблю. Между ним и свободой выбрала свободу. Я пожалела об этом сразу, как только его взгляд стал пустым. Но посчитала, что вернусь и… смогу ему все объяснить.

Костас мальчик умный, запись уничтожит.

Не надо Таласки знать, какими именно признаниями я усмиряла толпу. А с Ароновым, Стельковым и Хилдом я поговорю сама.

– Капитан, двести пятьдесят метров. Мы на нижней границе.

Я отбила на комме: «Поняла. Снижаемся. Защита на максимуме».

Мне хватило вздоха.

– Теперь я знаю, что могу не вернуться. Кто будет виноват в этом? – Я пожала плечами. Они меня еще не видели, но… я чувствовала каждого из них. Ту злобу, ту ненависть, что исходила от них. – Никто. Такова судьба.

Она выбрала ваших родных, близких, любимых. Она может выбрать и меня. И тогда он никогда не узнает, как не узнали те, кто был дорог вам.

– Капитан, двести двадцать метров. Идем по маякам. Внизу одиночные всполохи выстрелов.

Откликаться я не стала.

– Три года назад на Иаре мы подобрали мальчишку-беспризорника. Его собирались убить за лепешку и кусок мяса. Сейчас он у меня на борту. Смышленый паренек, умница, каких поискать, золотые руки. Через месяц ему может исполниться семнадцать, он может стать хорошим технарем, найти себе девчонку, влюбиться… Он многое сможет, если я сумею его уберечь.

– Высота двести метров. Идем точно по маяку. Защита на максимуме. Одиночные всполохи выстрелов за границей ограждения.

А я разве рассчитывала, что этих слов будет достаточно?!

– Каждую минуту, каждую секунду мы думали о вас. Все. Те, кто грузил транспорты, кто прокладывал курс, кто вел конвой. Мы отстреливались от вольных и думали о вас. Не щадили ни себя, ни корабли.

Лишь бы успеть. Не к тем, к кому опоздали, к тем, кого еще можем спасти. К тем, кто может встать перед нами и спросить: «Почему? Почему не вчера, не позавчера, когда моя дочь, сын, брат, мать… были еще живы?»

– Сто семьдесят. Таласки передал, что войска на подходе. И… что прибьет тебя сам.

Последнюю фразу Дарила я пропустила мимо ушей.

– У меня нет ответа, кроме одного: мы сделали все, что могли. И даже больше. Но это только слова.

– Сто пятьдесят метров.