Бег по раскаленному песку

Николай Васильевич, работал у нее с основания фирмы, начинал еще при прежнем начальстве, с Ликой общался в дружественной, неформальной обстановке. Она знала всю его семью, могла перечислить всех поименно до третьего колена, а именно от него самого до его внуков и внучек. Она так же знала, как зовут любимую дворовую кошку супруги Николая Васильевича и кличку хомячка третий внучки. Знала близко, потому что ходили друг к другу в гости, ездили на дачу жарить шашлык, на пикник в лес.

– Привет, – он зашел в кабинет, сел на диван и коротко потребовал – говори.

– Только что от Веры Ивановны – начала она, щелкая мышкой. – Ты в курсе, что с ней случилось?

– Естественно. Подробностей не знаю, но если хочешь, позвоню ребятам в отдел.

Отделом Николай Васильевич называл прежнюю работу, полицейский участок, в котором прослужил двадцать семь лет и четыре месяца.

– Не надо пользоваться своими связями, тем более, сейчас.

– Естественно, никто ничего не видел.

– Естественно – грустно подтвердила Лика.

– Что тогда я могу сделать, если ты мне не разрешаешь звонить ребятам в отдел.

– Уточняю: я не советую пользоваться связями. Я тебя по другому вопросу вызвала. У Веры Ивановны в сумочке была связка ключей. Ее украли.

– От офиса?

– Да. Прямо с полуслова все понял.

– Издержки производства.

– Специалист.

– Нахвалила. Заканчивай с этим. Что еще?

– Мой кабинет.

– Ясно, – бодро поднялся с дивана и объявил – срочно меняем замки. Даже если это наркоман, который сумку в мусорку выкинет, только деньги на дозу возьмет, подстрахуемся. Все спокойней спать будем. Зачем нам с тобой еще из-за этого переживать. Ляжем спать со спокойной совестью и с чистыми мыслями, что ключами никто уже не сможет воспользоваться. Пойду дам распоряжение.

– Хорошо. – согласилась Лика и ошарашила – Сумку не взяли, даже телефон не украли.

На полпути к выходу он остановился и обернулся.

– Значит, на нее напали ради ключей – тоном, не предвещающим ничего хорошего, заявил Николай Васильевич.

– И кто, по твоему мнению, хочет ими воспользоваться?

– Царев.

От упоминания Царева, Лика скривилась, как при острой зубной боли. Вот о ком она не хотела думать больше всего на свете, так это о Цареве.