Травник

После этой мысли дела у Майи пошли быстрее: в десяток движений собрала воду с пола, шустро переоделась и приготовилась выйти из комнаты, когда из угла вдруг донесся громкий писк.

Майя испуганно пригнулась и развернулась на месте.

В углу, как раз рядом с норкой, что легко было не замечать, сидела мышь. И, вроде, вполне обычная: и серый цвет, и размер ничем не примечательный, и хитрые бусинки глаз. Вот только хвостик выделялся привязанной на тоненькой матерчатой ленте запиской.

– И откуда ты взялся, гость ненаглядный? – Майя понимала, что вряд ли дождется ответа, но так успокаивала расшалившееся сердце.

Девушка медленно приблизилась к зверьку, остановилась в паре шагов. Мышка не дрогнула, один крайне любопытный нос устремился вверх. Не испугалась ни протянутой руки сыщицы, ни даже несмелого прикосновения к хвосту – стояла на месте, изредка перебирала лапками, и терпеливо ждала. Но как только ленточка освободила хвост, серый посыльный скользнул обратно в нору.

Желтовато-серая записка заинтриговала Майю, и, не теряя время, раскрутила свиток и с удивлением прочитала: «Сдашь – раскрою одну знакомую люмию!» Последнее слово набатом прозвучало в ушах, а сыщица удивленно открыла рот.

Люмия! Девушка слышала это слово всего один раз от бабушки, когда та готовилась проститься с жизнью. Увядающая на глазах женщина послала за стаканом воды, обещала рассказать о сущности люмии, но когда двенадцатилетняя девочка вернулась в комнату, та уже попрощалась с этим миром.

Как тогда горевала маленькая Майя! Ведь не мыслила жизни без единственной родственницы.

Ну почему, почему бабушка не соглашалась рассказать раньше?! Боялась, девочка не справиться с тяжкой ношей? Незнание было хуже в сто раз! А жизнь, полная догадок – во стократ ужасней…

Майя знала, что нельзя показывать способность на людях, только в вынужденных ситуациях – это бабушка Рая вбила в нее с младых ногтей. Живущий на окраине города одинокий маленький ребенок не сумел почерпнуть больше никакой информации о даре.

Девушке и так пришлось несладко последующие годы до совершеннолетия – приходилось имитировать бабушкину болезнь. С соседями дружбу никогда не водили, поэтому никто не заподозрил неладного. Но сыщица до сих пор не забыла тот клокочущий внутри страх, когда среди ночи, с трудом погрузив на разбитую тележку единственного родного человека, отправилась в лес, прикрыв тело прогнившими досками.