Пернатым не место во дворце

Вода лесной реки текла сквозь пальцы, ласкаясь, словно пушной зверек. Я лежала на валуне и думала о том, как же все может перевернуться в одночасье.

Жених стал чужим, а чужак вот-вот станет «своим». Даже отец был настолько тронут мужеством торговца, что не только впустил на территорию клана, но и лично выходил своими запасами целебных трав!

Это огромная честь для любого лесного, не то, что для сына чужой земли!

Сразу вспомнились слова одной мудрой старушки из клана – Молчуньи. Она всегда говорила редко, но по делу.

Похоже, чужак нашел путь в клан как раз через эту тропу…

Вупи вылетел из-за дерева, как выпущенная стрела из лука, и заверещал:

– Пернатая! Травница идет в дом вождя требовать с тебя долг!

Секунда – и я уже на ногах.

– Колючки ей под ноги, что ж такое! – я понеслась по дебрям, чтобы сократить путь и как можно быстрее оказаться у дома.

Нельзя допустить, чтобы отец узнал, что я отдам обелиску в оплату снадобья для чужака! Вождь подружился с лиловой птицей, кормил по утрам, пытался повторить щебетание и говорил, что я не зря гонялась за такой красавицей столько времени.

Мягкие мокасины не спасали от острых веток, но я терпела боль. Лишь бы успеть! Пролезть под поваленным деревом, мимо болота, и там останется рукой подать до поселения.

– Пернатая! – предупредительный окрик Вупи заставил притормозить и осмотреться по сторонам.

– Что такое? – спросила я тихо, так как ничего опасного вокруг не видела.

– Смотри! – Вупи показал клювом в сторону от заваленного дерева, и я ахнула.

Зубастый яростно натирал накидку воина каким-то корнем и не заметил моего появления. Он настолько погрузился в себя, что даже не видел лисицы, любопытно сующей нос в шкуру.

– Уйди, плутовка! – шикнул на нее Зубастый, когда та совсем потеряла страх и приблизилась почти вплотную. Кажется, позарилась на вяленное мясо в мешке у мужчины на поясе.

Неправда! Я и в перьях вся! Только для этого убивать никого не надо!

– То же мне, сердобольный! – фыркнул Вупи. – Лису ему жалко, а человека нет!

– Для него он чужак, – наверное, это было дико, но я понимала Зубастого. Сыновей леса с детства воспитывали так, что все существующее вне клана – огромная опасность.