Пернатым не место во дворце

– Что ты мелешь? – Зубастого затрясло, он схватил чужака за одежду сзади, но вождь ударил лесного по рукам, гневно посмотрев на мужчину.

– Сейчас не время и не место для разборок! Ты видишь, что натворил? – отец еще никогда не выглядел таким беспомощным. Мне захотелось его поддержать: я освободила руку, провела ладонью по его ноге и грустно улыбнулась.

– Я люблю тебя, пап! – призналась откровенно, и из глаз отца полились крупные капли соленых слез. Хоть одно любовь в моей жизни была – любовь к отцу.

Сон нестерпимо наваливался, окутывал теплым одеялом.

– Не спи! – потряс меня за плечи Дерек, а потом обратился к отцу. – Времени нет, я попробую кое-что! Не мешайте!

Что придумал чужак?

А мне так хотелось закрыть глаза! Хотя бы на секунду!

Змеиный яд парализуют, сознание становится спутанным, человек адски мучается, пока не умрет. А от яда ягатана, говорят, умирают счастливыми, потому что просто засыпают. Хоть здесь мне повезло!

– Что ты хочешь сделать? – нервно спросил вождь.

– Я слышал, что можно попробовать высосать яд.

– Тогда умрешь ты? – уточнил Дикий.

– Может быть. А может, мы разделим участь на двоих, сократив наши жизни вдвое, – слова торговца долетели до меня, словно он стоял далеко, а не сидел рядом.

Вождь резко задрал голову и посмотрел на Зубастого с немым вопросом. А тот словно оцепенел и не мог шевельнуть и пальцем.

Я почувствовала, как рукав туники задрали еще выше раны и кто -то припал губами к ране.

Неужели, спасет? Или мы отправимся к предкам вместе?

Горло сушило так, что я мечтала проснуться у реки, перевалиться на бок и как следует напиться. Припала бы и не отпадала несколько минут, пока не утолила жажду.

Я приоткрыла глаз и встретилась взглядом с обеспокоенным Вупи, что то и дело крутил головой, разглядывая меня.

– Проснулась! Пернатая проснулась! – птица взлетела вверх к потолку и вылетела в окно, чтобы тут же влететь в соседнее.

– Пернатая! Слава Великому Янусу, ты очнулась! – Дикий присел на кровать и смотрел на меня с таким раскаянием, словно готов был сигануть с лесного водопада на востоке прямо на камни. – Прости меня, дочь! Ты чуть не поплатилась жизнью за мою недальновидность.