Пернатым не место во дворце

 – Брысь!

Я не спрашивала, откуда она знает о чужаке. Так же, как не задавала вопросов несколько лет назад, когда отца лихорадило. В тот раз Травница молча кинула в меня пузырьком с зельем, едва я ступила на первую ступень крыльца, и сказала:

– Это мой должок твоей матери.

Тогда я голову ломала от мыслей, что бы это значило? Но расспрашивать духу не хватило. Моя мама умерла от лихорадки, когда мне было всего пять. Тогда Травница отказалась помочь, из-за чего отец чуть не выгнал ее из клана.

После слов старухи я задумалась о том, почему та не помогла, и пришла к двум вариантам: либо старуха недолюбливала Смелую – мою мать, либо мама ценой своей жизни спасла моего отца в будущем.

Невероятно? С Травницей не было ничего невозможного!

– Цена настолько высокая? – я вспомнила прошлое. Моя расплата тоже будет такой страшной? Всего лишь за жизнь чужака?

Старуха взяла высушенную тыкву, открыла крышку и понюхала снадобье:

– Годное! – потом повернулась ко мне и сказала: – Уверена, что сможешь избежать судьбы?

– Вы меня пугаете! Я что, должна заплатить своей жизнью за его?

– Нет, – удивила меня старуха.

 – Нисколько.

Она медленно подошла ко мне и ткнула пальцем в грудь:

– Твое сокровенное желание сбудется!

– Тогда какая это плата? Птиц жалко, конечно, но принесу… – пробормотала я.

– Так ты согласна?

Цела останусь в итоге, сокровенное желание тоже сбудется. Птиц только надо приносить старухе да потом еще что-то попросит.

Ну, так ладно, справлюсь, достану!

Тыква легла в мою руку, а Травница заглянула в глаза:

– Берешь?

– Беру! – кивнула я с готовностью, а потом спросила: – Когда принести первую птицу и какую?

– Принеси. – старуха посмотрела в окно, – обелиску.

Нет! Только не она! Вот же, ведьма, знает, что просить!

– Не согласна? – Травница протянула руку к тыковке.

– Нет! Согласна! – я сжала сосуд со снадобьем в руке. – Что с этим делать?

– Дай выпить.

А рану мажь вот этим, – Травница провела рукой над головой, словно выбирая, какой пучок травы сорвать. Сдернув один, добавила в котелок с бурлящей смесью, что стоял на огне. Размещала палкой, которая растворилась в жидкости, загребла половиной тыквы получившееся зелье и перелила в банку.

– Вот этим. Дай остыть, затвердеть и мажь.

– Хорошо, благодарю.

– Благодарю? – хрипло засмеялась над моими словами старуха.