Оборотень по объявлению. Отпуск со зверем

Ого! Он себе там ничего не обварил?

Я в шоке покосилась на него. Он как-то странно посмотрел на меня.

Верно. Я планировала поспать. И я буду спать!

Я достала из сумочки маску для сна и надела ее. Нащупала кнопку на подлокотнике, чтобы кресло приняло полулежачее положение и устроилась поудобнее.

Не знаю, прошла минута или пять, но я точно почувствовала миг, когда на меня опустился плед. Стало уютно.

Ладно, так уж и быть, не такой этот блондин и пропащий.

***

Демьян

Лида заснула!

Выключилась за тридцать секунд, как только обняла себя руками.

У нее такая тяжелая жизнь? Или такая здоровая психика, которая отключает мозг, стоит приложить голову?

А как же я? Тут же сижу! Истинный, которого она видит первый раз в жизни!

Я сделал знак стюардессе и жестами объяснил, чтобы она принесла плед. Накрыл им девушку, и она сонно приоткрыла глаза, но, даже не взглянув на меня, ускользнула в царство Морфея снова.

Я смотрел на Лиду, а сам напоминал себе колбу, в которой химик смешал два неизученных вещества.

Теперь я понял, что имели в виду сверхи, когда говорили, что с человеческими девушками в сто раз сложнее. Что те не чувствуют притяжения истинной пары, не понимают, что нашли половинку.

Я вспомнил слова Лиды и усмехнулся. Нет, вы только подумайте, комаров она хоронила!

Вот это она меня приложила. Тонко и элегантно, так, что не придерешься. И в то же время словно взмах меча самурая – мгновенно голову с плеч, не успеешь даже понять, что происходит.

Я должен признать две вещи: легко не будет и у моей истинной отличное чувство юмора.

По зрелом размышлении меня даже обрадовали эти два факта. Я любил покорять, а Лиду нужно было завоевывать. И не простыми отработанными подкатами. Тут нужно что-то оригинальное.

Это был вызов.

Я откинулся на спинку кресла и посмотрел на босса своей истинной. Настоящий поросенок на заклание.

Этот Вася почувствовал мой взгляд. Обернулся и посмотрел на нас. Я с улыбкой кивнул в ответ.

Ох, это будет весело!

Просто ликвидировать его еще на подлете к отпуску нельзя. Меня самого, чую, тогда быстро ликвидируют. А вот если заставлю его страдать, как он мою Лиду, истинной будет приятно.