Оборотень по объявлению. Медвежья услуга

Поэтому как только я припарковал машину, то тут же выскочил из машины и втянул в легкие зимний холодный воздух.

Ромка подскочил в машине и завертел головой по сторонам. После чего вылез, внимательно глядя на меня:

– Это ты?

– Что – я?

– Так дверью шарахнул?

Я промолчал. Да, я. Да, шарахнул. Да, первый раз в жизни, обычно я крайне аккуратен и не терплю, когда другие со всего размаху хлопают дверьми моего монстра на колесах.

Рома не стал дальше развивать разговор, молча встал рядом, засунул руки в карманы штанов и огляделся.

– Точно звонить не будем? А как же лисьи охранки?

– Пошли! – Я первым двинулся с места. Не мог объяснить странного желания явиться сюрпризом, а еще лучше поругаться с кем-нибудь. Найти неприятности и как следует оторваться. А потом понял: зверь бесновался. Вчера я так грубо и быстро вернулся в человеческую форму, что все внутренности болели. Нужно было дать себе ночью выход, размяться, повалить пару деревьев и выпустить пар, тогда бы меня не колбасило, как сейчас.

– Ты в порядке? – Рома заглянул мне в лицо.

– Да, – выдавил я, совсем не чувствуя себя таковым. Шарф, свободно намотанный на шею, стал казаться сдавливающей удавкой. Хорошо, что я уже порвал вчера пальто и сегодня был в коротком пуховике, потому что даже он, свободный по крою, стал нестерпимо жать в плечах.

– К чертям ты в порядке! Ага! – Рома быстро оценил ситуацию вокруг и мой вид: – Ты весь покрылся испариной. У тебя оборот?

– Я что, малец незрелый, чтобы зверь взял надо мной верх средь бела дня в центре города? – рыкнул я и сам услышал звериное рычание в голосе.

И тут я услышал ее…

– Мам, привет! Да, это я. Сменила номер просто. Ну как вы там?.. У меня все хорошо. Да… Хорошо… Папе привет передавай и номер мой запиши ему в телефон, а то он сам не разберется. Когда приеду? Сейчас заказы нужно брать, может, через пару месяцев? У вас там как раз весна начнется, когда у нас самые морозы… Буду пережидать, как перелетная птица в теплых краях.

Мои уши, казалось, как локаторы, полностью настроились на ее волну. Я ловил каждое слово, каждый вздох. И с каждой секундой тело каменело. По коже шли едва сдерживаемые волны оборота – шерсть так и хотела пробиться наружу, а мышцы крутило канатами.