Оборотень по объявлению. Медвежья услуга

Посмотрел на определитель и ответил незамедлительно: – Слушаю.

– Владислав Александрович, у нас ЧП! – Высокий голос моей помощницы Татьяны стал нестерпимо звонким от стресса, уши жалобно свернулись в трубочку, чтобы защитить барабанные перепонки.

– И почему я не удивлен? – сухо ответил я, тщательно контролируя силу, открутил крышку бутылки с водой и сделал пару живительных глотков. Теперь можно слушать: – Говори.

– Родовую книгу украли! Женя рисовала по ней клановое древо, как и просили, и… – замялась женщина и долго подбирала слова.

– И?..

– Ну… Женя… Отошла с книгой на пару минут, забыла на столике в кафе, а когда вернулась – той и след простыл.

– У персонала спрашивали? – Я откинул яростные разрушающие эмоции на задний план, подхватил спортивную сумку за ручки, собрал в нее полотенце, спортивную куртку и бутылку воды и отправился в раздевалку. Следом молчаливой тенью – Рома, который двигался совершенно бесшумно, несмотря на крупную фигуру.

– На уши всех до директора подняли. Бесполезно. – Татьяна чуть не плакала.

– Камеры видеонаблюдения смотрели? – Я боролся с диким желанием порвать по швам мокрую от пота футболку, постарался как можно спокойней стянуть липкий хлопок через голову.

– В кафе не было, простенькое оно… – Секретарь будто оправдывалась и извинялась за экономных хозяев заведения.

– Уличные камеры «Безопасного города»? – Я предчувствовал ответ и услышал в трубке тишину. – Ясно. Сам заеду к Вовчику и гляну.

– Да? – с опаской прервала тишину Татьяна, и я даже через расстояние знал, что она прикрыла глаза и судорожно вцепилась в мобильник.

– Женю – под замок до моего приезда.

Отключил связь, закрыл глаза и глубоко подышал с минуту. Вокруг стояла полнейшая тишина, даже люди обходили раздевалку стороной, чувствовали гнетущую ауру. Контроль! Напряг поочередно каждую мышцу тела и расслабил, выдохнул медленно, как спускает воздух латексный шарик.

Роме не нужно было ничего объяснять – тот прекрасно слышал каждое слово в трубке. Мы залетели в душевые кабинки одновременно, минута – и уже вытираемся полотенцами. Две – и мы, полностью одетые, выходим на улицу, подгоняемые желанием порвать воришку на куски голыми руками.

– Метель началась. – Рома запрыгнул в мой внедорожник, смахнул с коротко стриженных волос снег и громко хлопнул дверью.