Красная нить судьбы

Чем-то мужчина напомнил мне моего отца, когда я болела: тот тоже в детстве не отходил от меня ни на шаг, да и сейчас, когда я живу отдельно, стоит ему узнать об этом, как он места не находит себе от беспокойства.

Три повара тоскливо вздыхали, переступая с ноги на ногу у порога. Было видно, что они искренне волновались за Грету и стояли тут после закрытия таверны не потому, что так надо, а потому, что переживали.

Девушка медленно открыла глаза и еле заметно улыбнулась отцу, а потом поварам и мне.

– Все хорошо.

И почему-то всем стало понятно, что нехорошо, даже мне.

– Она болеет? Давно? Может, врача? – тихо спросила я у одного из поваров.

– Ни один лекарь не поможет, – сминая в руках поварской колпак, ответил мне мужчина лет сорока и грустно вздохнул. – Нить судьбы тянет силы, а у Греты их и без того не было. Без нее она слабенько, но жила бы себе, а тут…

Другой повар, лет шестидесяти, проворчал в усы:

– Вот уж точно! Тот вариант, когда истинная пара не награда, а наказание.

Нить судьбы? Это та красная паутинка, что я видела?

Я посмотрела на бледное лицо девушки и встретилась с ней глазами. Неужели это я, когда тронула эту ниточку, сделала ей плохо? От ее запястья по-прежнему тянулся тонкий алый поводок, который я тронула на кухне.

Я как можно незаметней подняла свою правую руку. Вот она, алая, и у меня теперь блестит. Видят ли ее другие? Видит ли ее Грета?

Но все мельком посмотрели на мой жест и переключили свое внимание обратно на девушку.

– Но откуда вы знаете, что у Греты нить? – это было единственное, что я могла спросить, чтобы не выдать себя.

Все переглянулись, будто думали, говорить или нет.

Но тут Грета удивила: положила руку на ладонь отцу и сказала:

– Адель дотронулась до моей нити.

Оу, ну все, сейчас меня четвертуют, да?

Но почему-то хозяин таверны вскочил на ноги, глядя на меня, как на сошедшую с небес богиню, сжал кулаки и спросил:

– Это правда? Ты можешь видеть нити? И даже трогать?

Мой взгляд в сторону окна был настолько очевидным, что два повара тут же бросились собой закрывать проем.

– Адель, тебя никто не сдаст Дикому патрулю. Ты же видела, что я тебя спасла от него, дала заколку? – Грета попыталась подняться на кровати, но была настолько слаба, что снова упала на подушку.