Анатомия обмана

«Животом мается?» – вместо приветствия, уточнил хозяин и, не дожидаясь ответа, вышел из дома. Утренняя прохлада бодрила. Сделав пару взмахов руками, Микола несколько раз присел, полагая, что это и есть зарядка. У рукомойника едва держалась на ногах бледная Леся. При виде отца ее скрутило и вывернуло наизнанку. Брови Миколы удивленно поползли вверх. Дочь прижалась к стене и, петляя, попятилась к дому.

Завтракали молча. Глядя на то, с каким отвращением Леся ковыряется в тарелке, отец рубанул кулаком по столу.

– Брезгуешь? – сурово уточнил он. – Марш на ток. Обе! – Микола с вызовом посмотрел на жену. – А то взяли моду воротить морду. Что вам не так?

От неожиданности дочь поперхнулась и закашлялась. В следующее мгновение ее захлестнула тошнота. В испуге девушка вскочила.

– Сидеть, пока не отпущу! – взорвался отец.

Зажав рот, Леся бросилась вон. Микола хотел догнать, но путь перегородила жена. Лицо Анны перекосило от страха и боли. Вместо слов из гортани вырывались хрипы.

– Ты чего это? Не трону, – заверил он и вдруг осекся. – Она у нас случаем не того?

Анна испуганно заморгала, не зная, что сказать.

– Никак Леська понесла? – перешел на крик Микола и, сжав кулаки, пообещал: – Если обрюхатилась, подлюка, запорю!

– Тише, Галюню разбудишь, – молитвенно сложила руки жена.

– Пусть с малолетства знает, что подол вперед свадьбы задирать не стоит!

Микола нервно рванул рубаху и демонстративно стал расстегивать ремень.

– Не выйдет запороть! – угрожающе прозвучало за его спиной.

Отец резко оглянулся. Леся отчаянно взмахнула серпом.

В бессилии Анна прислонилась к печи. Микола в изумлении застыл.

– Чего стоишь? Руби! – насмешливо потребовал он, протянув кисть.

– А ты попробуй, ударь, – шагнула навстречу дочь. – Мне терять нечего.

Анна сорвалась с места и решительно стала между ними. Сверкнув глазами, Леся отступила.

– Как срам прикрывать собираешься? – пыхтя, уточнил он.

– Замуж пойду, – Леся села присела на краешек скамейки и отхлебнула молока.

– Так тебя Степка и взял! – съязвил Микола.

– Я за Гришко выйду.

– Какой с дитяти муж? – укорила Анна. – Из всей родни – один столетний дед.

– И хорошо, что сирота! – пришел в себя Микола, с хрустом разгрызая головку зеленого лука. – Позор прикрыть сгодится.